Первое впечатление

Первое впечатление, вид ночного города с самолёта, был просто необыкновенный. Потом милейший пограничник, красавец и душка, улыбчивый и весёлый. Я сейчас летаю с двумя паспортами, потому что Шенген стоит в том паспорте, где уже нет места для штампов. И каждый раз немного волнуюсь, объясняя ситуацию, но красавца это только повеселило, и мы мило обсудили географию моих поездок. А потом был удивительный водитель от отеля, он прекрасно говорил на английском и отлично образован, и он мне рассказал и историю Лиссабона, и набросал лучшие маршруты для прогулок по городу, и мы с ним вместе пообсуждали и поудивлялись, как такая маленькая страна завоевала и ловко управляла колониями по всему миру, да ещё и без мобильной связи, самолетов и прочих удобств цивилизации. А потом приветливый сотрудник на ресепшен Four Seasons искренне радовался, узнав, что я ни разу ещё не была в Португалии и убежденно сказал, что я обязательно ее полюблю. Я добралась до своего номера, плюхнулась на диванчик и подумала, что, кажется, я ещё не видела, но уже люблю эту страну.

Заманительно-заблудительный   город.

Лиссабон — это полный отрыв башки (извините, но именно это определение передаёт хоть немного мои восторги). «Заманительный» — это потому что тебя манит каждая улица и каждый переулок. На каждом перекрёстке накрывает истерика — хочу направо, нет, налево, нет, вперёд, ой, а там что за переулочек, нет-нет, все-таки направо. «Заблудительный» — это потому из-за всех этих ты теряешься, где ты и куда ты шёл, го это абсолютно все равно, и ты, счастливый, бежишь блуждать дальше. Город, в котором в середине ноября можно ходить в футболке и шортах. Город, в котором столики кафе стоял повсюду и подчас в самых неожиданных местах, например, посередине широкой лестницы, ведущей на холм. Город, в котором дома покрыты азулежу, знаменитыми португальскими изразцами, а брусчатка узорами. Город, который внезапно словно встаёт на дыбы, и ты оказываешься в районе, разбросанном по склонам холма, ты пыхтишь, забираешься наверх, а волны улиц и переулков вдруг стихают, и ты снова невероятным образом оказываешься на равнине. Город, в котором есть много от других мест. Мост, точная копия моста через пролив Золотой Рог в Сан-Франциско (строила одна и та же компания). Огромная статуя Христа на горе, как в Рио. Как и в Париже, в бесчисленных уличных кафе люди сидят с самого утра, пьют кофе, общаются, греются на солнце. Даже есть немного от Амстердама, несколько раз я словно вплывала в облачко с характерным запахом. Сейчас сижу на широченной уютной набережной, пишу этот пост, чуть подальше сидит юноша и читает сосредоточенно книгу, ещё дальше другой юноша задумчиво смотрит вдаль и расслабленно курит косячок. Подальше люди сидят в креслах у самой воды, а гитарист играет душевную музыку. И всем хорошо. Porque esta é a Lisboa, детка!

Любовь с первого взгляда.
Лиссабон — это музыка, которая словно воздух наполняет весь город. Уличная музыка — это неоднозначное явление, подчас хочется закрыть уши и быстро убежать. Но здесь совсем иначе, сталкиваясь сегодня с разными музыкантами, я больше всего хотела плюхнуться на скамейку или бордюрчик и бесконечно слушать. Что, в общем-то, я и делала.

Лиссабон — это потрясающая еда. И здесь она тоже как воздух — везде и всюду, с раннего утра и до позднего вечера. Я стремительно худею только от процесса борьбы со своим желанием зайти во все ресторанчики и попробовать всё, все, решительно все.

Лиссабон — это улыбчивые люди, говорящие на удивительном языке, одновременно жужжаще-шипящем (Лиссабон произносится как Лижбоа) и мелодичном (закрываешь глаза и млеешь). Я уже ловко выговариваю, когда надо и не надо «bom dia», «ola!», «obrigado», «Não compreendo» и очень горжусь собой.

Лиссабон — это удивительная история. Он старше Лондона и Парижа на несколько веков. Его история начинается в 205 году до нашей эры. Кого тут только не было — финикийцы, кельты, римляне, мавры. А колонии, которыми владели эти великие мореплаватели! Ну, то, что колониями Португалии были раньше Бразилия, Барбадос, Мадейра явно вы знаете. Но вот то, что им принадлежали Гренландия, Нью Фаундленд, Мальдивы, Бахрейн вы вряд ли знали (я тоже). Список колоний империи просто потрясает.
Вот такой он, Лиссабон.

Невезение.

В принципе, это место и было главным пунктом моей программы. Гигантские волны, безбашенные серферы, шторма и мировые рекорды – вот что манило меня к этой небольшой рыбацкой деревушке.  Но начало было не самым удачным. Я всегда говорила, что мне нереально везёт с погодой. Куда ни приеду, там солнце и хорошая погода. Но это мое везение в данном случае все испортило — для больших волн нужен шторм. А как только я приехала — тишь, гладь, благодать. Ещё неделю назад здесь были гигантские волны, а теперь океан гладенький и ровненький. Даже неудобно перед серферами, которые чуть недоуменно и грустно смотрят на дохленькие волны. Снимать, кроме волн, здесь нечего, так что у меня теперь сплошная философия и расслабление. Вот я сидела на знаменитом пляже, где и возникают эти жуткие волны из-за особенностей рельефа дна, смотрела на скромные морские накаты и думала, что мне даже эти кажутся страшными и хочется держаться подальше. Что же побуждает человека встать на волну, которая раз в 20 больше тех, которые пугают меня?

На следующий день попросила аккуратненько у Вселенной шторм, ну, хоть маленький такой, зря что ли я приехала?! Добрая Вселенная взяла и подарила мне целый штормище, но, увы, я сама нарушила правило постановки задачи — не указала точные данные моих запросов. Так что к шторму добавился ещё и плотный туманище. Сидела я, как сиротка Хася, на берегу, передо мной были фантастические волны, не 30 метров, как на картинках, но метров на 10 тянули, океан ревел, волны обрушивались с чудовищным грохотом, но снять это было невозможно. Так что показываю только утренние красоты, ну и немного небольших волн, которые успела снять с утра.

Атлантический шторм

Всю ночь выл ветер, дождь лил бурными потоками и даже гремел гром. Было холодно, страшно и неуютно. Порывы ветра до 56 км в час. А потом начался совершенно безумный день. С самого утра я побежала сразу к океану. Ура, волны были огромные и прекрасные. Снимать на берегу было неинтересно, и я побежала на гору. Абсолютный восторг прервал проливной, почти тропический ливень, который очень быстро превратился в град. Сказать, что я промокла — это просто ничего не сказать. Словно я во всей одежде постояла под душем, как Ипполит. Побежала домой сушиться, только домчалась, как вышло яркое солнце, а значит, что должна была появится радуга. Махнула рукой на сушку, и понеслась обратно к маяку с надеждой высохнуть на солнце. Снова восторг и счастье, снимала без остановки. Поднялся бешеный ветер, и я не смогла от маяка пройти дорогу. Впервые в жизни порадовалась тому, что крепкая и упитанная. Но порывы ветра раза три со всей дури швырнули на припаркованные машины, так что моя тушка теперь в синяках. Удивилась тому, что на крыше маяка тишь и благодать, а только выходишь оттуда, тут же безумный ветер. Меня в один момент чуть реально не сбросило в океан, ведь ограждений здесь нет нигде, похоже, что действует правило естественного отбора.
Потом все стихло, через 20 минут начался сумасшедший дождь, он прекратился, поднялся ветер, он стих, вышло яркое солнце, начался снова дождь, закончился, вышло солнце, поднялся сильный ветер, снова стих, вышло солнце, скрылось, начался дождь. Я тихо очумела, потому что не припомню таких стремительных перепадов и смены настроений погоды. Но даже радуга была! А к вечеру началось настоящее безумие, но снять это было невозможно. Только стоять на скале и заворожённо смотреть

«Хелдж и зараза Лилька».
Вот любят меня собаки. Сегодня я сидела на берегу океана, бессмысленно и восторженно наблюдая за волнами (любимое состояние). Неожиданно получила тяжёлый удар по спине. Оказывается, восторженная красотка невнятной собачьей породы атаковала меня на полной скорости и, повиснув на плече, ещё более энергично облизала ухо и ткнулась пребольно холодным носом в щёку. Впрочем, я сначала даже не поняла, что это была собака. Сильный удар, мокрое ухо, чмок в щеку. Я оглянулась и увидела эту рыжую коренастую тостуху. Ее хозяин, почти двухметровый громила, испуганно замерев, смотрел на меня. Потом наорал на собаку, в промежутке торопливо повторяя бесконечные Sorry. Она подбежала к нему, поникшая и обескураженная. Она явно не поняла его наезд. Мне кажется, что в ее представлении нам было очень весело и забавно.
Потом он, немного смущаясь, подошёл пообщаться и ещё раз извинился, сказал, что Лили, его собака, очень робкая и застенчивая, а к чужим совсем не подходит. Это значит, что я очень хороший человек. Глядя в хитрые глазки собаченции верилось с трудом, но хозяин явно чувствовал себя неловко, поэтому я согласилась с этой версией.
Зато я получила нового друга, датчанина Хелджа, задружилась с крутыми серферами, получила от них по башке, потому что слишком близко подходила к воде, прошла инструктаж, как вести себя, когда будут большие волны.
Вот таки это полезно, когда тебя любят собаки.

Семь километров уединения.
Сегодня был пасмурный день и почти штормовой ветер. Может поэтому океан бесился огромными свинцовыми волнами, свирепо закручивая волны в бурлящую пену. На берегу не было не души. И конечно же, именно в такую погоду мне захотелось пройти весь Praia da Norte. Удивительное ощущение абсолютного уединения и даже немного потерянности. Чувство восторга и одновременно страха. Ты осознаёшь силу океана и с опаской стараешься идти подальше от воды, потому что волны на глазах становятся все больше и больше. Но вместе с тем испытываешь ощущение удивительного покоя и полной потери времени. Кажется, что так можно идти бесконечно пока не растворишься в туманном горизонте.

Везение

Я фантастический везунчик. Сегодня вопреки всем прогнозам светит солнце, нет ветра и дождя, огромные волны и серферы катаются как боги. Это невероятное зрелище, от которого невозможно оторваться. Я уже было грустно шла от отеля в нижний город к автобусной станции, мне сегодня нужно вернуться в Лиссабон. Решила на 5 минут зайти на маяк. Там и застряла на полдня. Пропустила все автобусы, решила поехать позже. С трудом оторвалась от съёмки этих волшебных людей — только заставлю себя сложить камеру и идти на станцию и тут начинаются такие волны и такие серферские расколбасы, что я, махнув рукой на все, бегу обратно, расчехляюсь и снова в упоении снимаю. Оторвалась на последних остатках силы воли и на мечте, что снова приеду, но уже со своей командой и это будет ещё веселее.

Атлантический шторм.

Всю ночь выл ветер, дождь лил бурными потоками и даже гремел гром. Было холодно, страшно и неуютно. Порывы ветра до 56 км в час. А потом начался совершенно безумный день. С самого утра я побежала сразу к океану. Ура, волны были огромные и прекрасные. Снимать на берегу было неинтересно, и я побежала на гору. Абсолютный восторг прервал проливной, почти тропический ливень, который очень быстро превратился в град. Сказать, что я промокла — это просто ничего не сказать. Словно я во всей одежде постояла под душем, как Ипполит. Побежала домой сушиться, только домчалась, как вышло яркое солнце, а значит, что должна была появится радуга. Махнула рукой на сушку, и понеслась обратно к маяку с надеждой высохнуть на солнце. Снова восторг и счастье, снимала без остановки. Поднялся бешеный ветер, и я не смогла от маяка пройти дорогу. Впервые в жизни порадовалась тому, что крепкая и упитанная. Но порывы ветра раза три со всей дури швырнули на припаркованные машины, так что моя тушка теперь в синяках. Удивилась тому, что на крыше маяка тишь и благодать, а только выходишь оттуда, тут же безумный ветер. Меня в один момент чуть реально не сбросило в океан, ведь ограждений здесь нет нигде, похоже, что действует правило естественного отбора.

Потом все стихло, через 20 минут начался сумасшедший дождь, он прекратился, поднялся ветер, он стих, вышло яркое солнце, начался снова дождь, закончился, вышло солнце, поднялся сильный ветер, снова стих, вышло солнце, скрылось, начался дождь. Я тихо очумела, потому что не припомню таких стремительных перепадов и смены настроений погоды. Но даже радуга была! А к вечеру началось настоящее безумие, но снять это было невозможно. Только стоять на скале и заворожённо смотреть.

Когда смотришь на шторм в океане, то фраза «человек — царь природы» кажется особенно смешной. Стоят такие цари на безопасном расстоянии и опасливо делают себяшки. А меня, королевишну, чуть в океан не сдуло. Ну, что ты с этой махиной сделаешь?! Даже серферы вчера не входили в воду.

 В эту долину влюбляешься с первого взгляда — склоны гор, покрытые виноградными террасами. Пурпурные и золотые листья винограда сияют на солнце. Красавица река, спокойная и меланхоличная, несет свои воды между горами. Пасторальные белые домики на вершинах.
У меня был чудесный водитель, молодой человек неземной красоты, влюблённый в родные края, знающий все красивые места и отлично говорящий по-английски. Мы обсудили историю, культуру, дружбу народов и португальские вина. Я сказала, что мой интерес к Португалии появился, когда я впервые в Макао попробовала волшебную плюшку pastel de nata и с тех пор просто фанат этого блаженства. На очередной вершине он трогательно попросил разрешения заехать в соседний городок, он забыл отдать важные документы менеджеру. Я была совсем не против, мне же все любопытно. Мы заехали в городок, где он передал документ, а его менеджер вручил мне коробочку с pastel de nata. Вот такой милый сервис.  

Рио-Дору переводится с португальского как «река золота». Когда лучи заходящего солнца падают под определенным углом, то это название становится очевидным.  Дору прорезает северную Португалию, начинаясь за сотни километров на испанской границе, до старого города Порту и Атлантического океана. Виноград, выращенный на его круто растущих берегах, на протяжении веков давал легендарные вина. Это, может быть, самый красивый винный регион в мире.

«Гад Паштелька» — а это мой рассказ о приключении в горах. Я ведь не удержалась и побежала в горы.

Счастье

Иду это я ранним утром где-то в горах Португалии вдоль прекрасной реки Дору. Туман стелется по водной глади, рыба выпрыгивает из воды и тут же плюхается обратно. В абсолютной тишине этот звук почти пугает своей громкостью. Солнце начинает подниматься и освещает верхушки холмов. Трава, покрытая инеем, чуть серебрится. На тропинку легко и плавно падают листья. Это ли не счастье?