Непал

Непал

Десять  экспедиций в горную страну.

Мои экспедиции начались очень просто и неожиданно. Я — абсолютный чайник, не люблю никакие физические занятия, не ходила в детстве в походы и панически боюсь высоты. Кроме того, я перемещаюсь на машине даже до ближайшего магазина и тяжелее пакета ничего не поднимаю. Но жизнь преподносит иногда прелестные сюрпризы и делает неожиданные повороты. Вернувшись после аюрведического лечения из Малайзии, я любила все человечество. Аюрведа весьма способствует вселенской гармонии и любви.

И именно в этой момент моего единения с вселенной моему брату-альпинисту потребовался партнер для треккинга в Гималаях. Увы, его соратник и верный друг не смог поехать. А поскольку я любила все человечество, я великодушно предложила свою кандидатуру. Таким образом, через месяц я обнаружила себя высоте 3000 м, с рюкзаком 17 кг за плечами на треке 150 км длиной, который нужно было пройти за 3 недели. Да, еще не забыть бесконечные мосты над горными реками, которые раскачиваются на ветру и которым обязательно не хватает как минимум половины досточек. Прелестная перспектива!

В первый же день мой организм брыкнулся в обморок прямо на горной тропе, спасибо добрые итальянцы успели поймать. Я поняла, что горы я не люблю категорически и хочу домой к родному Мерседесу, офису и супермаркету. Поэтому я решила дойти до ближайшей деревеньки и подождать возвращения брата там. Но, увидев первый же дом для ночевки, сразу поняла, что здесь я не останусь ни за что и никогда. Меня заманили надеждой, что следующий домик может оказаться намного лучше и симпатичнее. Это придало оптимизма, и я прошла еще один день пути, но надежда оказалась эфемерной. Домик был еще более убогим. Но отсутствие кислорода уже начало сказываться на моих умственных способностях, и я искренне поверила, что во-о-о-т следующий домик уже точно будет хорошенький и уютный.

Так я и дошла до базового лагеря Эвереста. В последнюю ночевку я осознала, что домиков больше не будет и прорыдала от жалости к себе всю ночь. Я ненавидела все человечество! Но с другой стороны рыдание оказалось весьма действенным способом борьбы с горной болезнью и у меня, наконец-то, перестала болеть голова. Всю дорогу обратно я шла с мыслью, что если кто-нибудь когда-нибудь хоть только заикнется про поход в горы — моя расправа будет быстрой и решительной. Хотя, как только я вернулась в Катманду, то обнаружила, что больше всего мое внимание привлекают книги с маршрутами экспедиций. Так я полюбила горы.

С тех пор я была в горах с разными людьми, с друзьями, своими сотрудниками, с малознакомыми людьми. Но что меня не перестает удивлять, так это совершенно разная реакция людей на происходящее. Восхищение – безразличие; глубинное изменение – отсутствие реакции; радость от своего решения пойти в горы – сожаление от своего решения пойти в горы; сплочение – вражда; личностный рост – разрушение личности. Даже то, что видят и замечают люди во время похода, значительно отличается. И это естественно, ведь в этом преломляется сама личность.

Катманду          

«Он не похож ни на какой другой город мира. Катманду – это дзен»

Ты не можешь понять, какой он, но точно знаешь, каким он не является. Просветленным, духовным, возвышенным… Явное чувство, что БГ обманул нас. Шок…

Невероятная грязь, визг тормозов, непрерывные сигналы авто, назойливые рикши, прокаженные на тротуаре, военные на улицах, лики ужасных божеств в ожерельях из человеческих черепов.

Робкий йогин с доброй улыбкой застенчиво протягивает цветок… и тут же проворно ставит красную точку на лоб ошалевшему путнику, и немедленно требует за «услугу» 200 рупий. Тут же подтягиваются другие йогины явно с теми же намерениями. Тянут руки дети, старики, нищие, прокаженные… Никто не ищет просветления.

Все хотят денег.

Оазисы тишины и покоя в столице единственного в мире индуистского государства – буддийские храмы. Огромные глаза со ступы пристально и неотрывно смотрят на тебя. Флаги с молитвами трепещут на ветру. Каждое трепетание, каждый поворот молельного барабана приравнивается к истовой молитве. Скорее в горы – там буддизм, ближе небо, чище воздух.

Лукла

Лукла – высокогорный аэропорт с короткой взлетной полосой, которая обрывается над пропастью.

Колючая проволока, брустверы из мешков с песком, непальская армия с допотопными винтовками, отборная гуркхская часть с автоматами. Каменные узкие улицы, комендантский час. «Что-то воздуха мне мало, ветер пью, туман глотаю…» Действительно, здесь как будто чище. Начало пути.

Монастырь Тенгбоче

Дивная история про ламу из Тибета – основателя монастыря, в процессе медитации, пролетавшего над этим местом и от восторга упавшего вниз. «Это не миф. Правда, правда. Вот посмотрите – это его отпечаток рук и ног на камне…»

Намче – Базар

Крутой серпантин ведет к последнему большому поселку. Сам поселок расположен почти вертикально. После небольшой прогулки возникает непреодолимая любовь к двумерным городам. Плоским, хоть и на семи холмах.

Пойти на шопинг – это крутой спуск  по ступеням 150 метров вниз.

Ужин – круто по ступеням вверх. Зато пьяных совсем нет, очевидно, условия неподходящие – не задерживаются.

Дингбоче

Дингбоче – здесь монастырь не для туристов. Настоятель строг и суров, монахи много медитируют. Где медитирует сам настоятель – не знает никто. Он выходит и растворяется надолго в горах. Никто не видит, как он приходит и уходит. Очень сильный лама.

Земля умерших шерпов

Земля умерших шерпов – она помогла нам. Мы заблудились в снегопаде на высоте почти 5000 метров, но очутились в месте, которое невозможно забыть. Сотни, тысячи каменных пирамид и пирамидок, каждая сложена в память о шерпе, который ушел в горы и не вернулся. Здесь же пирамидка шерпы, которого можно назвать супершерпа. В 13 лет он стал ходить с экспедициями, три подвига украсили его судьбу. Он совершил самое короткое восхождение на вершину из базового лагеря Эвереста, поднялся дважды за неделю, а также переночевал на вершине без кислорода. Это подобно Гераклу или трижды космонавту. Погиб, фотографируя клиента. Выбирал ракурс получше и упал в трещину. Много-много пирамидок… Мы знали дорогу отсюда.

Патан

Патан – «было у отца три сына». Царство, поделенное на троих – войны, вражда? Только не в Непале. Три города, три царства расцвели в период правления трех братьев. Катманду, Бхактапур и Патан соперничали в красоте, величии храмов и дворцов. Храм «Двенадцати крыш» – самый старый в Патане. Говорят, он уже действовал, когда в Европе только расцветал Ренессанс.

Катманду

Катманду – он теперь совсем другой. Чище и светлее. Мы тоже. Снова встречаем йогина, он направляется к нам, но тормозит, увидев грозно поднятую дудку сандалового дерева. Все понимает. Просветленный. Следующему йогину на пути – уже достаточно только улыбки.

Понятно.

Просветленному не надо просветления.

Ему надо денег.

Но еще больше ему не надо получить дудкой  по голове от другого просветленного.

Все просто.

  • Непал, Катманду, почти вестсайдская история
    Катманду
    anemptytextlline
  • Непал, Катманду
    Катманду Ступа
    anemptytextlline
  • Непал, Катманду
    Катамнду перед грозой
    anemptytextlline
  • Непал, Катманду
    Катманду площадь Дарбар
    anemptytextlline
  • Непал, Катманду
    Рынок на улице
    anemptytextlline
  • Непал
    Древний Патан
    anemptytextlline
  • Непал, Катманду
    Паломники садху
    anemptytextlline
  • Непал, Катманду
    Военные на улицах Катманду
    anemptytextlline
  • Непал, Катманду
    Самая большая ступа
    anemptytextlline
  • Непал, Катманду
    Вид на город с горы
    anemptytextlline
  • Непал, Катманду
    Обезьяны в храме
    anemptytextlline
  • Непал, Катманду
    КХрам обезьян
    anemptytextlline

*БГ — это Борис Гребенщиков, который пел трогательные песни о просветлении и прозрении, которое наступает в Непале