Ускользающая жизнь

Книга «Ускользающая жизнь» – это история моей работы с раком в течение трех лет. Мне не нравится выражение «борьба с раком», я ни с кем и ни с чем не боролась. Первая часть посвящена периоду от постановки диагноза до подтверждения ремиссии. Хотя заключения врачей более чем радужные, но я опасаюсь говорить о выздоровлении. Иначе можно снова расслабиться и вернуться туда, где уже был. Я писала первую часть книги в течение всех этих лет, поэтому она полностью передает мои ощущения и эмоции на каждом из этапов.

Сейчас я пишу вторую часть, в которой стремлюсь проанализировать и то, что я делала, и те осознания, к которым пришла. За это время я прочитала огромное количество литературы и общалась со многими людьми – врачами, целителями, шаманами, травниками, больными, их родственниками. Моя профессиональная способность обрабатывать большие объемы информации, слушать, наблюдать и анализировать оказалась полезной в высшей степени.  Я начинала писать эту книгу больше для себя самой, это был способ избавления от страхов и негативных эмоций. Но со временем стало ясно, что она оказалась полезна многим людям, которые в той или иной форме столкнулись с онкологией. Поэтому я решила продолжить книгу и написать главу, в которой будет информация, которая может оказаться полезной.

Сразу хочу высказать важную мысль. Я не даю советов по излечению, я не даю рекомендаций, что делать или не делать, я не предлагаю какие-либо методы или способы лечения. Я делюсь тем, что делала я сама, размышляю, делюсь теми познаниями, которые подарили мне люди, помогавшие мне. Рак – заболевание, в высшей степени, уникальное и индивидуальное. Это сочетание множества факторов в самых неожиданных и невероятных комбинациях. И поэтому не может быть единого метода, совета, техники или даже системы.

 Содержание

ЧАСТЬ 1: УСКОЛЬЗАЮЩАЯ ЖИЗНЬ

  • Начало
  • Волны
  • Российская больница и итальянская клиника
  • Моя любимая Лиля.
  • Остеопат
  • Аюрведическая клиника
  • Кризис
  • Шаман
  • Тибетский доктор
  • Перелом: точка возврата

ЧАСТЬ 2: НОВАЯ ЖИЗНЬ

  • Неожиданные сложности
  • Системная работа с заболеванием по имени Рак.
  • Переформатирование собственной жизни
  • 4 путей исцеления и переформатирования.
  • Что дальше?


Предисловие

Я очень долго размышляла перед тем, как начать писать эту книгу. Она принципиально отличается от всего того, что я делала раньше. Она обо мне самой. Я даже не знаю, нужна ли она кому-нибудь еще, кроме меня. У меня просто возникло желание написать об этом периоде, и я решилась это сделать.

В самом начале я хочу сделать отступление и сказать, что каждое слово в этой книге написано с любовью к тем людям, которые находились и находятся рядом со мной всё это время. Даже, несмотря на то, что во многом моё восприятие самих людей или их действий может быть далеко от благостного и позитивного. Равно как у самих людей есть свое представление обо мне и о событиях этого периода. И вполне возможно, оно значительно отличается от того, что я думаю или пишу здесь.

Человек таков, какой он есть. Просто мы в какой-то период своей жизни рады обольщаться и создавать иллюзии. Иллюзии, которые удобны нам или нравятся. Даже неважно, какие это иллюзии – позитивные или негативные, небольшие или значительные. Но вспышка света рассеивает обман или освещает скрытые стороны. И тогда ты просто видишь всё так, как оно есть на самом деле. А, может быть, даже в этот момент игра света создает новую иллюзию. Вся жизнь – это калейдоскоп. Как только повернешь игрушку и изменишь угол зрения, изменится весь рисунок. У каждого человека своя правда, это лишь истина одна. Но нам редко дано ее узнать, и вряд ли она доступна нам во всей полноте и точности. Поэтому мы и верим рисункам нашего калейдоскопа, изменяя свое мнение и отношение, впечатления и осознания.

Я люблю всех такими, какие они есть. Или, может быть, пока просто учусь это делать. У меня просто нет времени на другие чувства. Я просто не знаю, сколько времени у меня осталось.

 

НАЧАЛО

Месяц назад мне исполнилось 48 лет. Два месяца назад я узнала, что у меня рак. Вчера мне сообщили, что лечения в моем случае, в общем-то, нет. Вот так просто. Три предложения.

Мне 48. У меня рак. Я умираю.

Очень непривычное осознание. Еще недавно казалось, что впереди долгая жизнь, полная удовольствий и неожиданностей. Сейчас есть только четкое понимание, что тебя ничего не ожидает. Вернее, ожидает, но совсем не то, что предполагалось ранее.

Первое время после определения диагноза наполнено странными событиями и ощущениями. Все путанное, перемешанное, неопределенное. Постоянное ожидание окончательного ответа. И надежда, что все эта нелепая история завершится как-то по-доброму, а потом можно будет всё вспоминать как неприятный сон. Может быть, как какое-то немного героическое приключение. В этой смеси чувств есть даже немного бахвальства – все-таки рак, а не диарея. Капелька любования – как мужественно и благородно я переживаю эту новость. Нелепая смесь ощущений и эмоций поглощает всё время и силы. Увы, доброго завершения не случилось. После этого началась другая жизнь. Вернее, она не началась. Она стала постепенно ускользать. В этом неумолимом скольжении я теперь постоянно нахожусь. Одно желание — выплыть, выскочить из неумолимого течения. Одним мощным рывком. Или упорными усилиями. Как угодно, но лишь бы вырваться. А потом забыть.

Но это только часть правды. Есть и другая. Вместе с уходящей волной начался накат еще одной. Новая жизнь. Плотный поток, переливающийся, искрящийся. Открытия, осознание отношений с окружающими, понимание самой себя. Смещаются акценты восприятия, события приобретают другой смысл, восприятие становится многогранным.

Нет ни прошлого, ни будущего. Нет смысла искать причины того, что произошло, или загадывать то, что будет. Есть только сейчас. Нет даже никакого процесса мышления. На него нет ни времени, ни сил. Появилось удивительно явление «знание без знания». Знание возникает без долгих размышлений или изучения. Ты просто почему-то знаешь что-то. Оно просто приходит, это новое знание, и живет в тебе по-хозяйски.

А самое главное теперь – это удержание равновесия. Как говорят даосы, «жизнь есть Дао, и больше ничего». Дао можно сравнить с ледоходом, когда ты прыгаешь по движущимся неустойчивым льдинам. Ты выбираешь место, куда прыгнуть. Совершаешь прыжок и стремишься удержать равновесие. Восстановил гармонию, насладился покоем и новый прыжок. Сам ли ты захотел его сделать или тебе пришлось – неважно. Важно движение. Поиск, прыжок, равновесие, передышка. Именно её, наверное, и можно назвать в жизни счастьем.

Мне 48 лет. У меня рак. Но я продолжаю жить. Я всё также радуюсь, меняюсь, страдаю, размышляю. Просто это теперь другая жизнь.

Вот и всё.

ВОЛНЫ

“Бойся мечты своей, она сбывается!”

Я всю жизнь жаждала любви окружающего мира. Мне всегда было мало, сколько бы я этой любви не получала. Мне казалось, что мне не любят и я никому не нужна. Комплексы, страдания, совершаемые ошибки – полный набор.

А с известием о болезни пришла ВОЛНА любви. Вот это уже невозможно было не заметить и не почувствовать. Проявления любви и заботы шли нескончаемым потоком от родных, друзей, коллег, знакомых и малознакомых. Это притом, что информация о болезни была сказана только ближайшему кругу, а потом незаметно начала расползаться и распространяться. Десятки людей ежедневно звонили, писали, спрашивали про самочувствие по два раза в день (как будто я в реанимации, где ситуация меняется ежедневно). Требовали писать, звонить и отчитываться, как я себя чувствую, и что мне сказали врачи. Расспрашивали о симптомах: чувствую ли я это и вот это. Это усиливало чувство абсурдности ситуации, я ведь чувствовала себя замечательно и все обнаружилось абсолютно случайно.

Меня накрыла волна любви, и я ею захлебнулась. Спустя недели две хотелось, чтобы про меня все забыли. От нелогичности этой мысли человека, жаждавшего любви всю свою жизнь, становилось неловко и, чувствуя себя виноватой, я терпеливо отвечала на вопросы, звонила, отчитывалась, встречалась. Так пришло первое чувство вины.

Потом пошла волна идей, предложений, советов, методов и способов, которые сыпались от всех, меня любивших. Официальные и неофициальные. При этом каждая сторона достаточно негативно относилась к противоположным методам и сурово спрашивала “что я думаю своей головой?”. А моя бедная голова, в которую помимо этого, я еще сама втискивала кучу информации, отказывалась думать категорически. Так пришло второе чувство вины. Это когда человек приложил усилия, чтобы добыть нужный телефон, договорился с нужным человеком, нашел нужный препарат, а я не бегу звонить, встречаться и немедленно пить это волшебное средство. Единственная мысль, которая меня утешала, заключалась в том, что тельце у меня одно, и оно не способно вместить всё, что ему предлагается.

Период пребывания в клинике напоминал маленькое цунами только потому, что в этот период я действительно очень плохо себя чувствовала. Жизнь стала похожа на поле битвы с ежечасными сводками с фронтов и изменением дислокации, совещанием военных начальников, победами и поражениями. Но, тем не менее, как-то незаметно всё окончательно остановилось на мысли, что в этой ситуации ничего сделать нельзя. Несколько последних всплесков активности и ВОЛНА ушла.

Отхлынув далеко от берега, волна обнажает дно. Мусор, ила грязные лужицы. Но иногда можно найти и раковины с жемчужиной внутри. Всё отхлынуло и стало настоящим. У кого-то всё замылилось и затерялось. Осталось только знание о том, что болезнь есть. Остались вопросы, забота, внимание. Но у них другое качество. Все страстно выплеснулись в абсолютно искреннем порыве любви и заботы, но ситуация замерла. Кипеть на таком накале невозможно, и постепенно появляется чувство привычных, стандартных вопросов, которые мне нужно задать. Но поскольку мой цветущий и сияющий вид ничем не свидетельствует о смертельной болезни, то и вопросы становятся абсурдными. Кто-то стал проявлять внимание по привычке, кто-то стал уклоняться от такой неудобной ситуации. Кто-то от нее просто устал. У кого-то просто всё вернулось в прежние времена, когда всё было хорошо и нормально. А раз у меня всё так хорошо, я должна так же много работать, также много помогать, поддерживать, участвовать, проводить. Но ведь я этого не делаю, и возникает легкое раздражение.

Тогда приходит третье чувство вины. Оно мое собственное, и никак не связано с самими людьми.

Извините, что я еще жива.

Но, как, ни удивительно, осознание этого одиночества приносит облегчение. Свобода проникает постепенно и вместе с ней отваливается как корка постоянное чувство ответственности за всех и за всё. Я теперь никому ничего не должна. Я должна только самой себе.

 

РОССИЙСКАЯ БОЛЬНИЦА И ИТАЛЬЯНСКАЯ КЛИНИКА

Эта глава будет очень короткой, поскольку в ней есть только факты, необходимые для понимания развития событий. Поэтому я и объединила эти два места в одну главу, хотя эти два места нельзя сравнивать. Это два разных мира со своей философией, культурой, принципами. Если попытаться провести сравнение, то получится довольно простая схема: «здесь вот так, а в этом месте – совсем наоборот». Мне совсем не хочется впадать в примитивизм описания, определяющий как «там, у них хорошо, а у нас, здесь плохо». Я думаю, что уровень врачей одинаков, а техническое оснащение даже нельзя сравнивать, несмотря на то, что я была в одной из самых уважаемых больниц. Отличие заключается в другом. В итальянской клинике я ощущала себя ЧЕЛОВЕКОМ. Человеком, который болен и которому надо помочь. Меня уважали, ободряли, веселили, поддерживали, хвалили. Обо мне думали и заботились, мне помогали и сочувствовали. Увы, в нашей больнице, я была ТЕЛОМ. Телом, которое надо исследовать, изучить, понять, прооперировать, разместить.

В нашей больнице я впервые поняла, почему все врачи до этого мне говорили, что я не похожа на «ракового больного». Все больные были действительно очень похожи, они были как бы уже без жизни. Они много печально и шумно вздыхали. Они плавно и осторожно двигались, как будто внутри граната, которая может взорваться от неосторожного движения. Они говорили в основном только о болезни. Складывалось впечатление, что они как бы отдали свои тела врачам, которые с ними делали что-то болезненное, но очень нужное. Люди перестали сопротивляться сами. То, что меня поразило больше всего – это какой-то фон агрессии. Ругались больные с больными, больные с медсестрами, медсестры друг с другом. Были два исключения, одно понятное – врачи, другое удивившее – добрейшие заботливые нянечки.

Через два дня я поняла, что тоже начинаю становиться таким же «больным тельцем». И поэтому сразу после диагностической операции, на которой подтвердили диагноз, я сбежала.

Поиск клиники завершился в институте онкологии в Милане. Первое ощущение от клиники – полное недоумение и непонимание, куда ты попал. Весело, жизнерадостно, энергично, шумно, пёстренько. При этом всё потрясающе организовано – четко, логично, понятно, удобно, заботливо. Заботятся не только о больном, но и о его сопровождающем. Каждый человек здесь находится обязательно с кем-то из родственников, которым рады, о них так же заботятся. Это было важно, поскольку помимо моей сестры с нами была её итальянская подруга, тоже врач.

Красавец профессор Фабрицио, который лично встречает каждого больного и его родственника, немного удивился, увидев трех человек. Но немедленно отдал распоряжение принести еще один стул. Посмотрев на документы и вспомнив историю, он поднял на нас глаза и немного растерялся. Какое-то время он изучал наши лица, а потом неуверенно спросил: «А кто из вас больной-то?» Я, уже привыкнув, что я не похожа «на ракового больного», радостно сообщила, что это я. Профессор продолжил недоуменно рассматривать меня. Потом он мне подробно рассказал, что я действительно не похожа на «их больного» и объяснил, чем именно. Это очень помогло в дальнейшем для понимания того, как же следует дальше жить.

Две поездки в Италию, множество процедур и исследований, операция завершились тем, что я оказалась в тупике. Мой случай сложен тем, что существующий способ лечения для меня мало подходит. Тяжелая операция в сочетании с обязательной химиотерапией. Химия в моем случае, по мнению онколога, не действует. Профессор настаивал на проведении хотя бы операции по принципу «надо же хоть что-то делать». Это достаточно редкая форма операции, которую делают только в двух американских клиниках, одной клинике в Риме, и в клинике под Парижем. Клиника во Франции тоже предложила операцию, которая «может быть, поможет». Я отказалась.

Итак, я осталась сама с собой. Теперь я буду двигаться своим путем. Я буду лечиться, но так, как я считаю возможным для себя. Наверное, это самая сложная часть в моем описании. Объяснить, почему я так решила. Я тщательно изучила всю информацию. Я выслушала все аргументы, которые мне приводили. Кстати, не так уж их было много, и они не были убедительными. А принцип «надо же что-то делать» я могу воплотить и иначе. Тот период жизни, который дает лечение, все равно ограничен несколькими годами при лучшей ситуации. Я много думала и определила для себя, что могу попробовать двигаться другим путем. Пусть год, но это будет год, который я проживу так, как я хочу. В какой-то момент я просто сделала свой выбор. Я ни в коем случае не говорю, что это правильный выбор. Просто он мой, и я его сделала. Теперь у меня впереди множество альтернативных способов, о которых я и буду дальше писать – это мой опыт и моя жизнь.

 

МОЙ МИР – МОЯ СЕМЬЯ и ДРУЗЬЯ.

Эта глава будет очень короткой, потому что она о моей семье и моих друзьях, которые были рядом со мной все это время. Без них я бы вряд ли прошла этот путь, ибо человек слаб, и время от времени решимость покидает даже самых сильных. Мой брат, который поддерживал меня в любых решениях, какими бы трудными они не были. Моя невестка, которая была моим ангелом-хранителем и ездила со мной по всем больницам и клиникам, и организовывала всю официальную часть моего лечения. Моим родителям, которые помогали и поддерживали, как только могли. Моя самая близкая подруга Марина, которая хоть и жила далеко, но всегда была рядом. Моя коллеги и моя компания, которые героически взяли на себя все обязанности по управлению бизнесом. Но всем этим людям я говорила и продолжаю выражать мою благодарность ежедневно и ежечасно, в словах и действиях. И буду делать это всегда, потому что нет таких слов, которыми я могу возместить им то, что они для меня сделали.
МОЯ ЧУДЕСНАЯ ЛИЛЯ

С этой главы начинается рассказ о тех добрых людях, которые помогали мне на протяжении все пути. Они были разными, работали в разных направлениях, и были рядом со мной разные периоды. Кто-то возникал в моей жизни, помогал, но потом наши пути не пересекались. К кому-то я обращалась многократно, получая четко осознаваемую пользу. А только три человека были рядом всё это время: мой итальянский профессор, тибетский доктор и Лиля. Я не знаю, как можно определить то, что она делает – целительство, гармонизация энергии, или еще какое-нибудь понятие. Я и даже никогда не встречалась с ней, мы только общались виртуально, телефоны, скайпы и прочие чудеса. Лиля сама прошла этот путь, изменила свою жизнь, осознав, в чем ее предназначение. Она была со мной с самого начала, когда был период абсолютной растерянности и непонимания, что же делать. Минимальное утешение, максимальная информация, огромная любовь, и удивительные способности работать с теми элементами, о которых мы подчас мало знаем. А многие даже просто не верят. Но в такой ситуации, когда ты растерян, рядом должен быть кто-то, кто верит за тебя. Это должен быть непродолжительный момент, потом ты должен научиться самостоятельной вере в себя. Но это потом! А сначала так хотелось услышать, что все будет хорошо. Это был период мобилизации и осознания. Причем я была в большей степени благодарна за то, что в этот период я восстановила свои способности работать с энергией, и использовать ее для излечения. Не только восстановила, но и многому научилась. В течение всего времени, я знала, что если мне снова стало страшно или возникли сомнения, то я всегда могу постучаться в эту дверь, и мне обязательно откроют. И будут рады, всегда и, безусловно. А это важно, ибо человек, который погружается в себя и свою болезнь не всегда совершает правильные поступки. Он не всегда поступает так, как сделал бы здоровый человек. Поэтому терпение, понимание, и способность прощать с улыбкой – это может быть самые ценные качества тех людей, которые тебя окружают в этот период. У Лили эти качества были с избытком. Но кроме этого удивительные способности, которые помогали работать с болезнью не на уровне физического тела, а в более сложных сферах. Не всегда понятных сначала, но, самое важное, действенных. Ведь когда ты болеешь, ты всегда знаешь, помогли тебе, или нет.
ОСТЕОПАТ

Когда человек готов к событию или появлению в его жизни чего-то нового, это обязательно произойдет. Так появился и шаман, и тибетский доктор, и многие другие. Точно так же, как будто бы случайно, появился швед Роберт. Остеопат из спа в Таиланде.

Долгие годы я работала над собой, избавляясь постепенно от комплексов, страхов, депрессий. Мне даже казалось, что я вытащила из себя всё, что только было можно и необходимо. Но все-таки всегда было смутное ощущение, что я что-то упускаю. С начала болезни моя работа неизбежно возобновилась с новой силой, но в этом был уже другой смысл. Занятия с остеопатом должны были стать частью этих усилий. Способности и знания Роберта удивили уже на первой сессии. Множество подходов и техник он комбинировал в какой-то удивительно магической пропорции. И эта магия меняла тело, походку, восприятие, осознание самой себя.

То, что мое тело не сбалансировано и вся правая сторона перекошена из-за травмы, полученной в детстве, я знала давно. Информация Роберта перекликалась с мнением тибетского врача о том, что моя болезнь во многом определялась неправильным положением внутренних органов, смещенных несбалансированным скелетом.

Новостью было осознание того, сколько боли спрятано в моем теле. Когда Роберт стал шаг за шагом прорабатывать триггерные точки в мышцах, стало понятно, откуда возникало ощущение, что я не всё завершила с внутренней работой над собой. Каждая из этих точек была реакцией моего бедного тела, в которое я так тщательно спрятала и от мира и от себя самой все обиды, страхи и чувство отверженности. Я и раньше работала с этим, но на уровне сознания и подсознания. Но то, что самые сильные следы я сохранила в теле, я не осознавала. Мне казалось, что я решила все свои проблемы, а на самом деле я просто запрятала самые серьезные из них поглубже. Очевидно, я не желала с ними сталкиваться, понимая, что проработка потребует серьезных усилий.

Я убедила себя, что у меня всё хорошо и я вполне довольна своею жизнью. Это действительно было так. Но это была только часть правды. Был аи другая часть, которую я не хотела признавать. Я спрятала её в теле, и оно отреагировало. Я не знаю (и это неважно) было ли это на самом деле триггером болезни. Но то, что в какой-то форме это повлияло на ее развитие, было теперь однозначно. То, что сделал Роберт, позволило вытащить проблему на поверхность и освободиться от нее. Или, по крайней мере, начать освобождаться.

Мои множественные травмы в детстве не были случайными. Они в значительной степени определялись отношениями с родителями и обстоятельствами детства. Осознание своего абсолютного одиночества и ненужности миру шло из раннего детства. Неумение любить и неспособность быть любимой (к этому тоже нужно быть способным) тоже были из тех времен. Наличие родительской заботы никоим образом не компенсирует отсутствие кислорода любви. Душа вырастает хилой и слабой. Можно компенсировать это умом, волей и целеустремленностью. Но слабая душа все равно будет постоянно болеть. Болезни тела всегда заметны, а болезни души не столь очевидны. Депрессии, суицидальные настроения, отчаяние, неумение строить отношения – увы, никто не бросается лечить столько же активно, как простуду или ангину.

Вот так и вырастает душевный компрачикос. Когда то меня поразила история о детях, которых похищали бродяги для того, чтобы изуродовав растущее тело ребенка в кувшине причудливой формы, потом зарабатывать на том, что люди жалеют уродца и подают ему милостыню более охотно.

У душевного компрачикоса все внешне благополучно и замечательно. Уверенность и успех свидетельствуют о благополучии. Но то, что внутри этого благополучия находится покалеченная и покореженная душа, знает только сам человек. И попытки распрямиться в течение всей жизни не всегда бывают успешными. Мне это почти удалось, но остался еще один узел, который не давал окончательно распрямиться.

Я сознательно и подсознательно выбирала (и, увы, продолжаю это делать) тех людей, которые могут причинить мне боль. Эта боль была энергией моего движения вперед, достижений и свершений. Я просто не знала, что может быть иначе. Я никогда не видела и не чувствовала любви. За исключением брата, который еще в раннем детстве перевернул мой мир своей безусловной и абсолютной любовью ко мне. Это был и есть единственный человек, которого я умела любить. Со всеми остальными людьми я имитировала и “играла любовь” в большей степени говоря о ней словами, нежели в действительности чувствуя её в своей душе.

Но если ты не любишь самого себя, то рано или поздно твое тело устанет от этого и перестанет бороться за жизнь. В какой это форме проявится, болезнь, депрессия, несчастный случай – это уже не важно. Так что мне предстояло научиться любить себя. Это чувство отличается от способности баловать себя, потакать своим слабостям, развлекать себя. Это иное. Просто принять себя. Свою жизнь.

Пришло время перестать быть целеустремленной и организованной. Нужно стать квантом. Одновременно частицей и волной. Частица – она расслабленная тяжесть в конкретной точке. Болтается и получает удовольствие от бытия. Волна – расслабленная легкость и любопытство движения. (Да простит меня квантовая физика за столько легкомысленное представление её святых понятий).


Когда приходит нестерпимая боль, то появляется мой дракон. У него есть имя, но его нельзя раскрывать. Он совсем не похож на привычных для нас по картинкам драконов. Он совсем другой. Он прекрасен. Он мудр и добр. Но суров, потому что никогда не придет, если я пытаюсь схитрить. Он знает, когда заканчиваются мои силы терпеть боль. Сегодня он пришел и долго смотрел на меня ласковым взглядом. Потом вздохнул и тихо сказал:

— Свобода приходит только через боль. Переживи ее, и ты станешь свободной.

Почему только так? А нельзя как-то иначе прийти к свободе?!

Печальный шелест голоса:

— Увы, нет. Иначе все были бы свободны. А свобода принадлежит лишь избранным. Люди не хотят проходить через боль и поэтому даже предпочитают отказаться от свободы.

Тогда скажи хотя бы что-нибудь ласковое. Утешь меня…

Что ты хочешь услышать?

Не знаю. Например, что ты меня хоть чуточку любишь. Мне будет легче.

Сердитое фырчание:

Глупости. Вы затаскали это несчастное слово до дыр. При этом ничего в этом не понимаете. Ваша любовь – глупости.

А что есть тогда, если любовь глупости?

Есть только одно. Ты понимаешь другое существо, принимаешь его в свой мир и даришь ему свет. Ты отдаешь ему энергию своего света. И всё!

Так просто?!

Это не просто. Совсем непросто понять другое существо. Оно ДРУГОЕ. Отличное от тебя. Неправильное с твоей точки зрения. Чтобы понять его, нужно отказаться от части себя, освободить место для его мира. Это может быть больно. Потом его нужно впустить в свой мир. Это сложно и тоже больно иногда. Он обживает твой мир, но он его не знает. И от незнания часто причиняет тебе боль. Нужно потерпеть. Но потом наступает то, ради чего нужна эта боль. Ты можешь дарить свой свет. И принимать свет другого существа. Только тогда наступает свобода. Но вы, люди, не терпите боли. Вы суетитесь и называете любовью ваши собственные страхи, комплексы и амбиции. Глупые! Не понимаете, что боль все равно будет. Только в этом случае, она наступает потом. Когда страхи не исчезнут, амбиции не удовлетворятся, комплексы останутся. Тогда приходит боль. Но будет не спасительного света. Тогда вы начинаете уходить и даже ненавидеть друг друга. И искать новую любовь. А ее нет. Только химера и иллюзия.

Я почти не понимаю тебя.

Потому что ты привязалась к своей боли. Иди на мой свет! Иди быстрее, доверься ему и просто шагни в этот свет! Видишь свет?

Да, вижу, он слишком яркий ….он слепит

И ласковый голос:

Шагай смелее, глупая! Это мой свет и там станет хорошо. Там нет боли…. только мой свет, который я даю тебе.. смелее.

Там нет боли. Только свет…..

 

АЮРВЕДИЧЕСКАЯ КЛИНИКА

Далеко в Индии, в горах, есть маленький городок. А в нем находится прекрасный дворец раджи, спрятанный в изумрудном парке. Парк сияет и нежно дышит прозрачным горным воздухом. Искусственные пруды, обрамленные тяжелым камнем с изящной резьбой, прячутся в парке, только застенчиво выглядывая из-за деревьев. Упитанные разноцветные карпы лениво плавают в темных водах пруда. Изящная надпись на входе «Оставь свой мир на этом пороге…!»

На этом прекрасная часть завершается и начинается совсем другая история – аюрведическая клиника. Лучшая в Индии. Именно туда я отправилась на тотальное очищение организма, которое носит поэтическое название Панчакарма.

(из писем другу)

После приезда и нескольких суровых процедур не было сил ни на что. Сейчас уже веселее и я могу тебе рассказать о моей просветленной жизни. Мы живем во дворце раджи (очень они неплохо жили, надо заметить). У нас суровый режим. В 5 утра – хатха йога, потом скромный завтрак из кусочка папайи, процедуры, снова йога (но теперь йога-нидра), ланчик (иначе это скромное количество аюрведической суровой еды не назовешь), потом снова процедуры, затем хатха йога, следом карма йога, веселый ужин с обсуждением, кто себя как чувствует, и что кому делали. Вечером культурная программа в виде классической или инструментальной индийской музыки (забавно, но я поняла, что heavy metal, Бетховена и Рамштайн я люблю намного больше). Спать днем не дают – запрещено, ночью строго снятся кошмары. Хожу в белой индийской одежде, мне идет. Вот такая у меня просветленная жизнь. Зато я на глазах становлюсь красавицей, вес теряется просто на глазах, тельце становится упругим, шкурка бархатной.

Здесь есть чудесные дружелюбные белочки, совсем крохотные. Они бесконечно носятся по саду, распушив хвосты, и всё время выжидательно смотрят на тебя в ожидании чего-нибудь съестного. Каждый раз приходится извиняться и объяснять, что сама голодаю. Очень неудобно перед зверушками. Еще есть куча мелких змей. Они ползают по траве, и все время норовят забраться в зал для йоги. Я их даже уже люблю, и порываюсь просто отшвырнуть ногой, хотя в обычной жизни я змей боюсь до истерики. Это очевидно так голодное просветление действует. Мой племянник Бонифаций страдает от аюрведической кухни и мизерных порций, юноша просто откровенно голодает. Все разговоры про еду, что он и где ел, и что он будет есть, когда вернется домой. К моему ужасу, уже пару раз мальчик задумчиво спросил, “а какие белки на вкус?”. После того, как просветленный  юный йог радостно сказал: “Берешь белочку и хрясть её об камушек”,  стараюсь не оставлять его с белками наедине.

Сегодня юный йог подозрительно полюбил карма йогу, во время которой нужно кормить и без того жирных карпов в пруду. Считается, что это доброе дело должно кардинально улучшить карму. Доброе отношение ко всему живому и заботливое отношение- это основа кармической йоги. Хотя бесконечные разговоры о карме и трепетное отношение к карма-йоге не помешали индусам залить известью милую улитку, которая медленно ползла по своим делам ранним утром. Уже в полдень её застывшие останки назойливо бросались на глаза. Но очевидно тот, кто это сделал, уже сходил и покормил карпов и тем самым решил вопрос с тяжелой кармой. Юный йог до этого категорически отказывался ходить на просветленное кормление рыбок. Причина интереса открылась быстро – он посоветовался с папой как можно поймать и зажарить рыбок с помощью подручных средств. Теперь каждый раз напутствую: “Карма йога – это кормить рыбок, а не жрать их!”. Ребенок согласен, он понимает. Он говорит, что днем, как водится, карма йога, а вечером рыбалка. Это разные вещи. Он понимает всю глубину мироздания.

Продолжаем яростно пытаться выжить. Нам каждый день придумывают новые изощренные процедуры. Юный йог уже даже не сопротивляется. У нас подобралась крепкая группа русских товарищей, мы устраиваем маёвки и как подпольщики делимся опытом, как сопротивляться тиранам. Я еще не вышла по состоянию здоровья на то, что у меня было по приезде. Слабенькая, тощенькая, но крепкая духом. Особенно помогают памятные примеры пионеров героев – Вали Котика и Кычана Джакыпова. Индусы меня уже боятся легонько, потому что я живу по своему плану жизни и отказываюсь от увлекательных творческих вечеров инструментальной индийской музыки и народного пения. Мы чешемся, стонем, не спим, хотим есть всё время, воюем с нашими надзирателями и замышляем планы побега. Они в ответ увеличивают количество лекций и травят нас вареными бананами (редкостная гадость). Ну и, конечно же, ждем просветления. Пока, увы, не приходит.

Мы сбежали на зависть всем, кто остался. Три дня отъедались в чудесном ресторане нашего отеля в Кочине. Там же и пришло просветление

 

КРИЗИС

Я долго не писала, потому что этот период жизни был весьма невыразительным и странным. Приближается год с того, времени, как началась моя эпопея. Я собираюсь отмечать свой день рождения. Я начала новый отсчет времени и мне исполнятся год. Наступил, наверное, самый сложный период – апатия. Я устала бороться, заниматься собой, лечиться, просветляться. Я устала жить в накале страстей, переживаний и размышлений. Устала от своей собственной железной воли. И такая же апатия наступила в окружающем мире. Мы все сделали вид, что ничего нет. Благо, что мой внешний приличный вид дает обоснование этой иллюзии.Такой же бодрой и правильной является моя жизнь. Я много путешествую, строю планы, общаюсь, даже начала работать. О реальном состоянии меня не спрашивают, а я и не говорю. Так оказывается удобнее. Сложился образ героического человека, который успешно справляется со своей ситуацией. Как сказал мой друг: «Лучше не спрашивать. Ведь тебе могут ответить правду, и тогда с этим придется что-то делать». Поэтому я, как бы, герой, а все мною гордятся. Для справедливости нужно заметить, я ведь тоже не знаю, что стоит за внешним бодрым видом людей вокруг меня. И тоже предпочитаю об этом не говорить.

Вязкое ощущение ватного тела, ватного разума и ватной атмосферы вокруг тебя. Разум еще как-то сопротивляется, но тоже лениво и неубедительно. Я перестала ценить каждый прожитый день, я перестала ему радоваться. Я забросила йогу, дыхательные техники даосов, медитации и все то, чему научилась за это время. Я незаметно попала в ловушку «вареной лягушки». Все медленно и неуклонно замедлялось и исчезало из моей жизни, а я предпочитала делать вид, что это не страшно и ненадолго. Вот немного передохну и снова начну с новой энергией. Время шло, а энергия не приходила. И окружающий мир меня тоже не тревожил, так что не было ничего, ни внутри меня, ни снаружи, что могло бы прекратить медленное сползание вниз. Тем более что в этот год втиснулось столько событий и дел, что наступил эмоциональный и духовный перегруз. Появилось много новых людей, к которым надо было привыкнуть. Рассталась с прежними друзьями, от которых нужно было отвыкнуть. Начала много путешествовать и просто объелась впечатлениями.

Я даже начала тосковать о прежних месяцах, когда было будущее, вернее его отсутствие, страшило. Оказывается к этому можно привыкнуть. Я перестала плакать, начала даже шутить над своим состоянием, перестала бояться. Я смирилась. Но вместе со смирением и вползла незаметно и апатия. Тихо, осторожно, незаметно.

Я перестала размышлять, осознавать, удивляться. Исчезло чудесное детское восприятие мира, которое появилось на каком-то этапе. Я с восторгом рассматривала мир заново, как будто снова увидела все его краски. В этом ощущении было столько счастья и чистоты, что я искренне была благодарна всей ситуации. Я, кстати, перестала говорить слово « болезнь». Теперь, я называю это «ситуацией». И совершенно искренне считаю, что это был самый счастливый год моей жизни. Как бы это ни звучало, глупо или парадоксально, это мое внутреннее ощущение. Даже нынешнее состояние, это тоже хорошо.

Пришло новое понимание себя и жизни. Оно в какой-то степени является продолжением первого, «я никому ничего не должна». Точно так же никто мне тоже ничего не должен. Я могу и должна полагаться только на себя. Сама должна понимать каждый новый этап, потому что ничто не дается навечно. Это хорошо потому, что уходят страхи, слезы и отчаяние. Но парадоксальным образом, вместе с этим уходит желание бороться и воля. Я сама должна контролировать всё то, что происходит со мной. И осознав это, сама должна вытаскивать себя. Никто этого не будет делать. Хочешь жить, живи. Никто за тебя этого делать не будет. Во всяком случае, долго.

Второй парадокс, заключается в том, что если ты успешно борешься с болезнью, то ты живешь долго. Прошли все предполагаемые и обещанные сроки, а ты всё живешь. А это долгий путь. Надо научиться рассчитывать силы и, как говорили индейцы из моей любимой книжки детства, «нужно идти походкой для долгой дороги». Вот мне сейчас и предстоит научиться походке для такой дороги. Героический рывок я совершила, но оказалась не готова к долгой дороге. Наверное, у меня просто состояние долгожителя. Или треккера, который стремительно забежал на гору, и поплатился за это горной болезнью.

Но благодаря этому пониманию, я начинаю копить силы для нового подъема. Начинается новый этап, я начинаю восхождение на новую вершину. И уже догадываюсь, что их будет множество впереди. И каждая будет непохожей на другие. Но мне кажется, что я готова двигаться дальше и хотя бы зайти на следующую горку. Пошла наконец-то заниматься йогой.

Сегодня дна из самых жутких ночей, когда боль, бессонница и депрессия собрались вместе. Мой оптимизм не оправдался, и сил на новую вершину пока нет. На днях умерла моя тетя, которой в прошлом году исполнилось 100 лет. Подумать только, когда я родилась, ей уже было больше 50 лет. Она родилась за 7 лет до революции. Вместе с грустью испытала облегчение за нее. Она давно уже устала жить и плакала, что больше нет сил. Я особенно остро это почувствовал, потому что для меня именно это состояние стало основным в последнее время. Произошло какое-то странное разделение на две части. Внешняя оболочка по привычке еще держится. Она производит впечатление человека действенного, заинтересованного. Она радуется, сердится, переживает. Но это только внешнее, настоящая “я”внутри и проблема там. Нет сил. Ощущение черной воронки, в которую стремительно и неизбежно уходит всё. Не получается находить поводов и источников для радости. Путешествия больше не греют, общаюсь всё больше через силу, подарки и маленькие праздники давно перестали радовать. Попытка создать себе какие-то дела и обязательства уже не спасает. Даже хуже, это создает тоскливое ощущение того, что придется делать нечто тягомотное и нежелательное. Даже написание рассказов, которые позволяли в последнее время, уйти в какой-то другой мир, проживать разные жизней и получать подпитку от этих эмоций, тоже перестали держать на плаву. Не находится больше ничего, чтобы давало силы и радовало. Полное безразличие, хочется все время тихо лежать на диване и не шевелиться. Ощущение медленного сползания к краю. Напоминает какой-то аттракцион в аквапарке, где тебя сначала вбрасывают на большой скорости в гигантскую чашу, тебя вращает какая-то неумолимая сила и постепенно подталкивает к дыре в центре чаши. И ты с ужасом смотришь на эту дыру, но остановить падение не в твоих силах. Эта сила гораздо больше. Но в аттракционе все заканчивается всего лишь падением вводу и бурными эмоциями после этого. Сейчас ощущения мрачнее. Единственное, что остается, это просто знание того, что я всегда обладала удивительной способностью к возрождению в любых ситуациях, как птица феникс. И пока я терпеливо жду, когда же наступит этот момент. Должен наступить…

Из затяжной депрессии меня вывело нападение бандитов в Перу. Происшествие было очень страшным и угроза жизни была реальной, но для меня оказалось очень нужным. Я словно очнулась ото сна и снова кинулась радоваться жизни.

Мое осознание:

Следует соединяться не с одним конкретным человеком, одним из множества, испытывая при этом болезненную привязанность и неудовлетворенность в силу слабости человеческой души. Нужно воссоединяться со всем множеством – со всей Вселенной, глубокой и всеобъемлющей. Там подлинная сила и гармония.

Но для этого воссоединения нужно познать подлинное и абсолютное одиночество, примириться с ним, слиться с его безмолвием. И только после этого можно быть способным принимать свет другого человека. Ибо это возможно, только если перестал бояться пустоты и безмолвия. Лишь отсутствие этого страха позволяет избежать зависимости и привязанности, которые лишают тебя свободы. Это одиночество другого качества.

Не осознание своей ненужности другим людям.

Не ощущение отверженности другими.

Это ощущение принадлежности и нужности самому себе.

Это осознание потребности Вселенной именно в тебе. Ведь зачем-то она привела цепочку случайностей к твоему появлению.

И ощущение Её любви к тебе – ведь эта любовь безгранична и безусловна.

И только познав эту любовь, можно снова вернуться и истинно любить других.

 

ТИБЕТСКИЙ ДОКТОР

Благодаря своей болезни я убедилась, что просветленные люди реально существуют. Много лет назад во время моего второго путешествия в Мустанг, я попала на прием к тибетскому врачу. Поездка на лошади в своеобразном седле из коврика не понравилась моему колену, и я уже с трудом ходила. Доктор, на местном наречии «амчи», монах и по происхождению принадлежит к королевской семье. Его отец был знаменитым в Тибете врачом, и два его сына наследовали профессию. Старший брат стал личным врачом короля Мустанга, а младший лечит всех остальных граждан королевства. Оба брата создали школу для детей, в которой обучают детей из бедных семей, как общим предметам, так и искусству тибетской медицины. Мое колено, поврежденное на лыжах много лет назад, доктор вылечил за два приема акупунктуры и 10 дней приема лекарств. С тех пор к моему искреннему удивлению колено не болело ни разу. Надо сказать, что до этого я прошла несколько клиник и врачей, пытаясь избавиться от последствий травмы. В крутом медицинском центре французский специалист по болезням коленям с красивой французской фамилией Николя Прихненко долго и увлеченно рассказывал мне о строении колена, наглядно демонстрируя свой рассказ на очень красивом и явно дорогостоящем муляже. На мой робкий вопрос, что строение коленного сустава – предельно увлекательная вещь, но хотелось бы знать, что делать с моей конкретной больной коленкой, он поскучнел и посоветовал мазать вольтареном. За этот чудесный совет я отдала 300 евро, а мазь и так лежала у меня в сумочке. В нашем институте спортивной медицины мрачный доктор небрежно потискал моё колено, невзирая на мои взвизгивания, и хмуро буркнул, что надо резать. Но при этом затруднился объяснить, в чем именно причина для столь кардинального хода. Слава богу, что хоть совет мне обошелся бесплатно. Понятно, что оба варианта лечения как-то не радовали. А доктор излечил меня спокойно и необременительно.

В благодарность за столь чудесное, хотя и не очень понятное, излечение я помогла школе с финансами. За что получила такую искреннюю и бесконечную благодарность, что меня это даже смутило. Я достаточно много и часто помогала другим, и со временем научилась весьма философски (то есть без внутренних эмоций) относиться как к проявлениям благодарности, так и к ее отсутствию. Но здесь ответ на мое довольно скромное пожертвование был столь впечатляющим, что я ощутила себя на уровне благотворительности Била Гейтса.

С тех поря несколько раз бывала в Мустанге, снова помогала школе и общалась с милым доктором. Он несколько раз писал мне с благодарностями, одно из его писем как раз и пришло в тот момент, когда я получила информацию о моем диагнозе. Я написала доктору об этом, и он тут же откликнулся, сказав, что пришлет мне лекарство и попросил, если возможно приехать к нему.

После того, как я приняла решение, что не буду следовать официально принятому методу, поездка к доктору была обязательной. После операции мне было бы сложно идти по треку и добрый доктор приехал в Катманду. Он сначала обследовал меня, потом сказал, что готов взяться за лечение, поскольку состояние моего организма и духа (что немаловажно для его лечения) оказались вполне подходящими и внушающими надежду. Он сказал, что не возьмет с меня денег, потому что я – «святой человек» (что очень как-то стимулировало мой упавший на тот момент дух). Лечение по его представлению займет года два и имеет все шансы на успех. На фоне всех остальных прогнозов и предложений это звучало как необычайно вдохновляющее. С тех пор я находилась под контролем доктора и приезжала к нему каждые четыре – пять месяцев. Он каждый раз обследовал меня по пульсовой диагностике, назначал новые препараты, менял схемы лечения и долго общался со мной, объясняя представление тибетской медицины о раке. Сего точки зрения рак – это энергетическая катастрофа организма. Человек выбрасывает во внешний мир или тратит на внутренние проблемы больше энергии, чем это положено. Кроме того, они придают большое значение питанию, поэтому мне с самого начала предписали диету с четкими исключениями и ограничениями. Когда я ему рассказала о принятом методе лечения моей формы рака, он пришел в полное недоумение и даже разволновался, искренне не понимая, как после таких процедур и манипуляций можно вообще жить. Но самое важное для меня – это его отношение. Искренняя забота, радость, доброе отношение – рядом с ним ты ощущаешь себя даже не просто человеком, а «центром вселенной».

 

ПЕРЕЛОМ: ТОЧКА ВОЗВРАТА

В течение первого года каждый месяц я ездила на обследование на Каширку – было решено для контроля выбрать ультразвуковое обследование, при условии одного и того же специалиста. Специалистом была заведующая отделением – профессор Галина Трофимовна, добрейшая и милейшая женщина. Но после обследования, которое показало неплохие результаты, я решила прекратить эти поездки. Хороший результат меня порадовал и мотивировал, мне этого было достаточно для дальнейших действий. А вот вся обстановка в онкологическом центре приводила в депрессивное состояние, об этом можно даже не писать. Тем более, когда мне было с чем сравнивать.

Через год все равно встал вопрос об обследовании, но уже в итальянской клинике. Надо было понять, в какую сторону движется процесс. Вернее, насколько быстро он движется. Результат обследования был ошеломляющим как для врачей, так и для меня самой. Мой профессор сказал, что то, что показало обследование – это за гранью его понимания. Лучшее, на что можно было надеяться в моей ситуации, – это незначительное ухудшение. Замечательным результатом было бы закрепление «статус-кво», но это было маловероятно. Но то улучшение, которое показало обследование, было практически невозможным. Фабрицио сказал, что за почти за 30  лет работы в онкологии он такого ни разу не видел. К его чести нужно отметить, что он сразу захотел узнать, что и как я делала. Правда, к сожалению, его интерес в большей степени пока направлен на изучение препаратов тибетского доктора. Фабрицио считает, что в них может быть заключен один единственный препарат, который лечит, и, если бы можно было его выделить, то это надежда для многих. В принципе правильно, но как мне кажется, что это поиск новой панацеи, коих было множество. Мой доктор согласился общаться с профессором и теперь мне интересно, получится ли что-либо из этого. Очень хочется, чтобы получилось. Я ведь и сама не знаю, что именно подействовало – система или какой-то волшебный элемент.

Следствием ошеломляющих новостей о ремиссии было два момента. Первый был ясен и прост для моего понимания – нельзя останавливаться и нужно всё, и лечение и действия, продолжать далее. Второй оказался неожиданным – растерянность и подавленность. За два года я уже привыкла к мысли (так или иначе) к одному развитию событий, отсутствию долговременного планирования, завершению жизни чуть раньше или позже. Вся борьба фактически шла за «чуть позже». Я научилась жить «одним днем». Я изменила свою жизнь. Я изменилась сама. А теперь, оказывается, нужно снова привыкать к забытым вещам. Нужно заново думать, как теперь жить и что делать. Нужно себя «новую» снова встраивать в жизнь. По шкале силы стресса Селье на первом месте стоит «смерть партнера», а на втором, как ни удивительно, «свадьба». Меня это всегда озадачивало, хотя я, конечно же, верила Селье. Так вот, можно сказать, что у меня ситуация «свадьбы», новость необычайно радостная, но эмоционально сложно переживаемая.

Но самое главное — у меня ремиссия, я двигалась правильным путем, и у меня еще много времени впереди. Поэтому можно сказать теперь у меня не ускользающая жизнь, а прибывающая. Пока я еще не знаю, что мне делать с этой волной, но я твердо знаю, что эти размышления будут в миллион раз позитивнее, добрее и приятнее.

 

ЧАСТЬ 2: НОВАЯ ЖИЗНЬ

  • Неожиданные сложности
  • Системная работа с заболеванием по имени Рак.
  • Переформатирование собственной жизни
  • 4 путей исцеления и переформатирования.
  • Что дальше?

Я решила написать эту книгу, потому что ко мне обращаются все больше людей  с онкологией. Три года назад мне поставили  онкологический диагноз  редкой формы с малоутешительным прогнозом. Предлагаемое лечение означало, что в лучшем случае можно было продлить существование тела. При этом, конечно же, никаких гарантий и обещаний, «Вы же сами понимаете, это онкология…». И стоимость лечения превышала все допустимые пределы, поэтому я после первой операции по удалению  опухоли отказалась от дальнейшего официального лечения и прибегала к услугам института им. Блохина и Института Онкологии (Милан) только для наблюдения за процессом.   Это не означает, что я не лечилась. Наоборот, мое лечение было обширным, интенсивным и не стандартным. Через  год обследование показало регресс, и через два года  мой профессор подтвердил, что я в полном порядке.

Спустя определенное время ко мне стали обращаться люди, чье официальное лечение не было успешным. Я рассказывала о своем процессе, показывала и объясняла. Но поскольку объем информации очень большой, я решила всё записать и систематизировать. Сначала это были краткие записки, но приходилось расширять информацию, и так постепенно я пришла к идее написать книгу. Она состоит из двух частей, первая, «Ускользающая жизнь», написана в период  болезни и в большей степени является описание  периода болезни ― фиксация процесса лечения, мысли и осознания. Вторая, «Healing cancer: система работы с заболеванием по имени Рак»,  это уже детальное описание моей системы работы.  В самом начале я хочу четко определить важные мысли и положения.

Что я не делаю?

Я не объясняю, что такое рак и не ищу его причины, поскольку  для этого есть масса разнообразной официальной информации. Причины все равно никто не знает, теорий множество,  толкований и мнений еще больше.

Я не изобрела новый метод лечения ― в том, что я делала, нет ничего необычного.

Я не знаю волшебных способов или препаратов,  их просто нет.

Я не рекламирую свою уникальную систему, ведь  она не уникальна, ибо всё, что я делала, я почерпнула из открытых источников.

Я не пропагандирую альтернативные методы лечения и не призываю отказаться от официального лечения.

Я не даю информацию о тех людях, которые мне помогали, поскольку для этого требуется их согласие.

Я не зарабатывают не этом  деньги, моя информация абсолютно бесплатна.

Что я делаю?

Я рассказываю, что я делала, что испробовала, как экспериментировала.

С кем встречалась, кто мне помогал, что я принимала, от чего отказалась, что думала.

 

КЛЮЧЕВЫЕ МЫСЛИ

  1. Я НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ не призываю пользоваться только альтернативными методами лечения, ибо я не знаю, что именно помогло в моем случае. Я НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ не даю рекомендации, ибо опять-таки, я не знаю, что работает и что помогает. Я делюсь  информацией, которая помогла мне самой. Кроме того, то, что моя система является «поддерживающей». Это описание действий и препаратов, которые могут помочь организму справляться с ситуацией. Помимо этого должен  быть основной процесс лечения (официальное лечение, альтернативные методы ― травные  онкологические сборы, китайские препараты, гомеопатия, или тибетские препараты, как в моем случае), которое проводит специалист в своей области.
  2. Поможет только то, во что вы верите или то, что вас привлекает. Верите химию – поможет химия. Верите в операцию, значит,  поможет операция. Верите в целителей, травников, в комбинацию альтернативных  и официальных методов  – поможет это. Главное, не в том, какой метод будет выбран. Главное  заключается в другом! Вы должны осознать, что это ваша болезнь и ответственность должна быть ваша. Самое последнее дело – слепо отдать свою волю и решения в чужие руки. Основная мысль ― возьмите ответственность за себя самого!  Лично я сама не верю ни в химиотерапию, ни в лучевую терапию. Я верю в то, что  лечение ― в самом человеке!
  3. Я считаю, что нельзя ставить себе цели и надеяться на выздоровление. Этому есть психологические обоснования. Я считаю, что нужно стремиться не к тому, СКОЛЬКО вы проживете, не к тому, что вы ВЫЛЕЧИТЕСЬ. Если это произойдет – потрясающе! Но более важно – КАК вы проживете то время, которое у вас есть. ЧТО вы будете делать. ЧТО видеть. С КЕМ общаться. ЧЕМУ  радоваться.  После первых недель шока, я пришла к выводу, что все равно мне повезло. Ведь на кого-то упала сосулька, и у него не было тех дней, которые дали мне.
  4. Нужно относиться к болезни, как к большому ПУТЕШЕСТВИЮ или ПУТИ. Нужно искать методы, пробовать, ощущать, отказываться от того, что не подходит, оставлять то, что нравится или убеждает. ОБЯЗАТЕЛЬНО нужно отказаться от своих предубеждений и недоверия. Неважно, материалист вы или нет.  Пробуйте всё, что дает вам судьба и жизнь. В любом случае,  если даже вам не подойдет метод, то вы познакомитесь с необычными или интересными людьми.  В моей практике были: аюрведа в Индии, тибетский врач в далеком королевстве в горах, целительница из Минска, остеопат из Таиланда (швед по происхождению), шаман с Байкала,  шаман в Перу, профессор онкологии из Италии,  фитотерапевт из Москвы,  мой брат, который помогал работать с телом благодаря своим техникам, даосские техники, цигун, йога и многое другое. Все они в той или иной степени помогли мне, это те люди, которые хотели мне добра и прикладывали усилия, чтобы помочь. Надо открыть свое сердце всему тому, что дает жизнь. Нет ничего случайного в жизни. Если человек появился в вашей жизни. И он хочет вам помочь, значит, это зачем-то нужно. Только слушайте сердцем, и если вы верите, что человека интересуете вы сами (а не только  оплата), а вы всегда это почувствуете, то смело двигайтесь вперед. В любом случае, у вас всегда есть возможность отказаться. Искренне верю, что есть люди, обладающие особенными способностями. НАДО с ними общаться. Но только если есть рекомендации людей, которым вы доверяете. Эта область для нас довольно неизведанная, лучше полагаться на тех, кто уже попробовал.
  5. В основе моего подхода лежит идея, что рак – это системная авария всего организма. А значит и обратно  возвращаться к здоровью нужно в системе.  Основные элементы системы, их семь:

А ― Attitude = Дух, воля,  позитивное отношение

В ― Body = Тело, физическая материальная система

С ― Creative mind = Разум, сознание

D ― Divine = Божественное, космос, вселенная

Е ―  Energy = Энергия (связь всего и мера способности физической системы совершить работу)

F ― Fun = Радость, удовольствие

Н ― Heart   = Сердце, любовь

Работать нужно в системе и только тогда может получиться. Движение должно быть обязательно. Если тело перекошено, негармонично, то оно не может быть здоровым. В нем неправильно проходят процессы. Йога, плавание, ходьба, растяжки – все, что угодно. Всё, что нравится. Главное, двигаться. Движение дает энергию.  Очищение тоже должно быть, особенно, если была химия. Какой вариант выбрать, это очень индивидуально. Питание – великая вещь. Есть ряд продуктов, которые   обладают антираковыми свойствами, они будут весьма полезны. Духовная составляющая ― обязательная часть системы. Я искренне верю в визуализацию. Два раза я четко видела свои опухоли и как именно я их убирала.  Важно найти свой путь. Я не уничтожала их. Это часть меня. Я не хотела воевать с самой собой. Я исходила из того, что раковые клетки не заряжены энергетически и не связаны.  Я всегда была к себе сурова. Я никогда не была довольна собой. Я всегда считала себя, по меньшей мере, не очень умной и всегда считала некрасивой.  Я «недолюбила»  саму себя. Поэтому я визуально наполняла эти клетки  энергией любви и соединяла их с другими, здоровыми клетками. Разве важно, правда это или нет? Главное, что в это  момент я была счастлива и видела, как клетки становятся обычными. А уже потом гастроскопия подтвердила, что опухоли нет. Мне все равно, действительно ли визуализация помогает или это иллюзия. Главное, что опухоли нет. Понятно, что не одной визуализацией я действовала. Но это ЧАСТЬ системы.  Мысли тоже имеют значение. Мой тибетский врач говорил, что я должна научиться любить себя и перестать тревожиться. Но самое главное, вы сами должны составить свою систему. И это не просто система лечения, или исцеления. Это должно стать системой вашей новой жизни.

  1. Новая радость. Надо найти источники радости ― чистой, незамутненной детской радости. Вспомните, что вы давно хотели сделать или научиться.  Подумайте, куда бы вы хотели поехать и что создать. То, что вы раньше откладывали на потом. То, что  вы боялись или не решались сделать. То, что мечтали. Возьмите и сделайте!
  2. Надо любить себя и других!  Желать добра и делать добро. Помогать и просить помощь.