Сезаре, жизнь моя.

Рассказ Сезаре, жизнь мояРоса любовалась спящим сыном. Мягкий утренний свет освещал родное лицо, осторожно лаская тонкие изящные черты. Роса завидовала лучам солнца, которые могли так свободно касаться этой шелковой кожи. Она печально вздохнула, мельком взглянув на свои узловатые руки с шершавой потрескавшейся кожей. Разве посмела бы она такими безобразными руками прикасаться к нему? Она поправила сползающее одеяло и очередной раз удивилась красоте сына. Они с Хорхе, его отцом, в свое время недоумевали, как так получилось, что у них, простых крестьян, родился этот удивительный мальчик.

То, что Сезаре был необыкновенным, Роса знала с того самого мгновения, когда впервые увидела новорожденного сына. Все соседи восхищались поразительно красивым ребенком, её чудесным мальчиком. И только старая шаманка, увидев его, помрачнела и долго что-то сердито бормотала себе под нос. Люди в деревне удивились, увидев старуху в тот день у дома Росы и Хорхе, ведь она давно не спускалась с гор. Это была очень сильная шаманка, и жители деревни уважали её и побаивались. Шаманка сердито заявила, что духи предков говорили с ней и предупредили о том, что этот младенец принесет их деревне большое горе. Она обмолвилась о недобром знаке проклятия, которое должно было быть у этого младенца. Она, очевидно, говорила о родимом пятне в форме кривого полумесяца на ручке у малыша, но счастливая Роса даже не стала обращать внимания на эти нелепые слова. Ну, мало ли что привидится выжившей из ума старухе? Разве может такой невероятно милый мальчик принести несчастье? Она, наверное, что-то напутала от старости и листьев коки, которые она беспрестанно жевала.

Её бедный Хорхе, добрый муж и хороший человек, недолго радовался сыну, через два года он погиб при разборе горного завала. Они жили в маленькой деревушке, затерянной в высоких Андах. Это была трудная жизнь, и им приходилось бороться за выживание ежедневно и ежечасно. Они с Хорхе жили очень бедно, и от голодной смерти их спасал только огород и старая коза. Хорхе отчаянно старался заработать хоть что-то, и для этого ему приходилось подряжаться на разбор завалов на горных дорогах, которые постоянно случались в сезон дождей. Это была опасная работа, и в один из дней удача изменила её мужу.

Роса бережно, кончиками пальцев, прикоснулась на мгновение к жестким волосам сына и подумала, что не каждая женщина, оставшись без мужа, смогла бы вырастить такого замечательного сына. Сезаре был очень хорошим мальчиком, он не доставлял ей особых хлопот, нет-нет, никаких хлопот. Только радость, невероятная чистая радость, вот что испытывала Роса с момента рождения сына. Он рос ласковым и заботливым мальчиком, очень любил и жалел мать. Люди в деревне удивлялись, глядя на них, в этих суровых местах такие чувства были непривычны. Но ей было все равно, она была счастлива, что сын растет таким добрым и чутким. Роса очень собой гордилась, ведь только она знала, что ей пришлось вынести за эти долгие годы, чтобы её сынок вырос в такие тяжелые времена. Но еще больше она радовалась тому, что её Сезаре получил образование.

О, да! Роса смогла сделать это для своего ненаглядного мальчика. Он учился в небольшом университете в Атакаче, получил диплом учителя, после чего вернулся домой и теперь работал в местной школе. Он даже не представлял, на какие лишения и страдания Роса обрекла себя, когда отправила его учиться. Все её небольшие деньги уходили на оплату учебы, и часто Росе приходилось голодать по несколько дней. Впрочем, даже в хорошие дни она могла позволить себе всего лишь кусок хлеба или небольшую миску кукурузы. А что уже говорить о тех обносках, в которых она все эти годы ходила. Соседи, которым тоже приходилось несладко, жалели Росу и уважали её решение дать сыну образование. Как — никак, Сезаре был единственным человеком в их округе, кто учился в университете, и они тоже гордились им. В этом для них был добрый знак и какая-то надежда на лучшее будущее, поэтому они старались помогать Росе, насколько могли. Ничего особенного, миска с зерном или старое платье, но Роса была благодарна за любую малость. Особенно добры были к ней её ближайшие соседи, Мануэль и Жуанита. Эти хорошие люди всегда подбадривали её, особенно в те минуты, когда она теряла веру в то, что сможет выдержать эти лишения. А ведь им самим приходилось несладко, шутка ли, они растили шестеро детей. Так прошли эти отчаянно трудные годы, и вот наконец-то все мечты сбылись, её добрый сын рядом с ней, и у Росы должны были наступить самые счастливые дни жизни.

Сезаре глухо застонал во сне, и Роса, встрепенувшись, легонько подула на волосы сына. Она всегда так делала в детстве, когда ему снилось что-то плохое, и мальчик сразу засыпал. Вот и сейчас юноша судорожно вздохнул и снова погрузился в беспокойный сон, бедный Сезаре очень плохо спал последнее время. Солнце начало бесцеремонно пробиваться сквозь плохо подогнанные глиняные кирпичи, которыми было заложено окно, да какое там окно, просто дыра в стене. Безжалостное солнце подгоняло её, забирая последние минуты с сыном. Скоро Сезаре нужно будет вставать на работу, и Росе оставалось совсем немного времени, чтобы в последний раз полюбоваться своим ненаглядным мальчиком. Она жадно всматривалась в лицо юноши, стараясь запомнить каждую черточку. Хотя она и так всё помнила, просто ей хотелось насмотреться на всю её оставшуюся жизнь.

Она покосилась на грязный пузырек темного стекла, который стоял на краешке небольшого стола у изголовья кровати. Всё это время она старалась не смотреть в ту сторону, хотя глаза её невольно время от времени испуганно натыкались на него. Роса вздохнула и поёжилась. В пузырьке был смертельный яд, который через несколько минут она выльет в стакан с водой и подаст своему мальчику, как только тот проснется. Сезаре всегда пил воду, когда просыпался, и это значительно облегчало её дело. Но это будет чуть позже, а пока у неё было еще время, чтобы, бесконечно смотреть на любимого сына воспаленными от слёз и недосыпания глазами и устало думать, как же так всё могло случиться. Как Бог мог допустить такое? Роса не была особенно набожной женщиной, но сейчас она была готова обращаться хоть к Богу, хоть к шаманам, лишь бы ей объяснили, в чем её вина и что она сделала не так. Когда же все это началось?

Когда Сезаре только вернулся после окончания университета, Роса и все соседи были безмерно счастливы. Власти позволили им открыть небольшую школу, где теперь учились все ребятишки из их деревни. Люди стали ещё более уважительно относиться к Росе, ведь именно её мальчик мог дать их детям пусть небольшое, но все же образование. Кто знает, может, хотя бы их дети смогут выбиться из этой ужасающей нищеты и убогой жизни. Людям очень трудно жилось в этих местах, которые считались самыми бедными во всей стране, и каждая миска зерна и кусок хлеба доставались невероятным трудом. Но люди верили и наивно надеялись на лучшую жизнь хотя бы для своих детей, поэтому Сезаре и стал для них таким уважаемым человеком. Когда Сезаре еще учился и приезжал в деревню на каникулы, то люди часто спрашивали, не знает ли он, образованный человек, почему же у них такая тяжелая жизнь и будет им хоть когда-нибудь полегче? Сезаре терялся и смущался, потому что у него не было ответа на вопрос, который терзал его самого. Он давно пытался разобраться, почему же у этих хороших людей, трудолюбивых и честных, такая жалкая судьба. Он не мог им ответить, но обещал, что не успокоится, и если не найдет ответ сам, то будет узнавать у своих учителей.

Когда он вернулся по окончании учебы, то первым делом заявил людям, что теперь знает ответ. Он стал рассказывать им о своем профессоре философии, который рассказал ему о братстве и равенстве всех людей. Это хорошо бы, говорили соседи, но как это возможно, ведь землевладельцы вряд ли захотят быть равными с нами. Сезаре отвечал словами профессора, что если люди не хотят быть равными с другими, то их нужно уравнять силой. Как это, уравнять, недоумевали соседи. Очень просто, взрывался Сезаре, забрать лишнее у одних и отдать тем, кому не хватает. Это и есть высшая справедливость, ожесточенно настаивал Сезаре. Все мировые революции ради этого и делались. А если эти люди не захотят отдавать, то что будет, продолжали тревожно спрашивать люди. Тогда они умрут, спокойно отвечал Сезаре. Мы будем сражаться и заберем у землевладельцев то, что заработано нашим честным трудом. В эти минуты глаза его загорались, он воодушевлялся и начинал говорить чеканным возбужденным голосом. Он убеждал их, что нельзя быть такими покорными и безвольными. Нужно беспощадно и яростно бороться за свое счастье и будущее своих детей, нужно отнимать у богатеев то, что по праву принадлежит самим крестьянам. Но робкие соседи пугались таких разговоров, они не понимали, как это можно отобрать силой то, что тебе не принадлежит.

А Мануэль так и вовсе рассердился на такие слова. Как отобрать, негодовал он, а завтра какой-нибудь проходящий бродяга решит, что у меня миска кукурузы лишняя и отберет её у моих детей. Разве это будет справедливо? Кто и как будет решать, что лишнее, а что нет? Сезаре ничего не смог ответить Мануэлю и, злясь, начал говорить уж совсем непонятные слова. Но Мануэль снова задал свой вопрос о том, чем ему кормить детей, если кто-то у него отберет кукурузу, ведь его дети тогда умрут. Ну и пусть умрут, запальчиво взорвался Сезаре, если это нужно мировой революции, значит, они умрут. Потрясенные соседи затихли и впервые задумались о том, так ли хорошо это образование, если оно заставляет человека говорить такие страшные слова. Все в деревне уважали Сезаре за его учительство, но стали старательно избегать общения с ним. А Мануэль так вообще перестал с ним разговаривать, хотя детей из школы не забрал.

Роса очень переживала за сына в это время. После того как соседи отвернулись от Сезаре, он замкнулся, стал раздражительным и вспыльчивым. Мать пыталась убедить его, что надо бы помириться с добрым Мануэлем, ведь он так много для неё сделал за эти годы. Но Сезаре впервые грубо накричал на неё, назвав овцой, а всех соседей тупыми баранами. Роса растерялась, потому что она впервые видела в глазах сына такую злобу и отчаяние. Он страдал, её бедный мальчик, а она не могла ему ничем помочь. Ей было трудно понять, что у них там произошло, кто их, мужчин, разберет. Она знала, что Сезаре хотел помочь людям начать другую жизнь, а они почему-то не хотели. Роса недоумевала, что такого плохого мог предложить её добрый сын, что люди отказались от лучшей доли и отвернулись от него?

Сезаре совсем отчаялся и надумал съездить в университет, чтобы снова поговорить со своим профессором. Очевидно, тот был очень умный человек и помог её мальчику, потому что Сезаре вернулся другим человеком – уверенным и решительным. Он перестал стремиться к общению с жителями деревни, а свободное время теперь проводил с молодыми людьми и подростками, которых собирал по всем окрестным деревням. Росу радовало, что те тянулись к её умному сыну, восхищались им, беспрекословно слушались. Наконец-то Сезаре успокоился, и у него всё наладилось. У него даже появилась девушка. Роса боялась спугнуть удачу и старалась не докучать сыну расспросами. Сезаре сам рассказал ей, как ему повезло, потому что его девушка была самой красивой во всей округе, ведь даже в городе он не встречал такой милой девушки. Имя у неё было чудесное – Антония. Сын даже пару раз обмолвился о своём желании жениться на ней.

Но, видимо, дьяволу плохо, когда людям хорошо, и тут же наслал новую напасть – в их краях появились бандиты. Такого никогда не было ранее в этих тихих местах, и крестьяне растерялись. Разбойники нападали на людей, когда те ехали в город на ярмарку или по делам. Они останавливали машины, повозки, автобусы и грабили, забирая всё подчистую. Сопротивляться было бесполезно, потому что у них было оружие, и, кроме того, при малейшем сопротивлении они приходили в лютую ярость. Крестьяне поняли, что если отдавать им всё безропотно, то можно хотя бы сохранить жизнь. Роса, боясь за сына, умоляла его не ездить по вечерам по окрестным селам, но Сезаре бездумно отмахивался от её уговоров. Он говорил, что все страхи преувеличены, не так много этих бандитов и не так часто они нападают. Ну, подумаешь, забирают какое-то барахло и мелкие деньги, а поскольку у него ничего с собой не бывает, то и бояться ему нечего. Никто не заставит его прекратить общение с друзьями или с любимой девушкой.

Роса вздыхала и мечтала о том, чтобы он поскорее женился, ведь когда жена будет сидеть дома, то и ему не захочется уходить. Она мечтала о том времени, когда сынок приведет молодую жену в дом, а там, глядишь, и ребятишки пойдут. Слава богу, жалованье у Сезаре хорошее, он сможет прокормить и жену, и детей. Да и про мать не забудет, хотя много ли ей надо. Она потихоньку копила деньги, чтобы можно было прикупить нужные вещи для молодой семьи, ведь им нужна будет и новая кровать, и посуда, и многое другое. У них с Хорхе была трудная жизнь, так пусть у сына и Антонии будет всё хорошо и радостно.

Вскоре Сезаре поговорил с родителями Антонии, и они с радостью дали свое согласие. Со свадьбой решили не тянуть и сыграть её через месяц. Роса в те дни не могла отвести от сына восхищенных глаз, он просто светился от переполнявших его чувств. Он бесконечно говорил о невесте и был добр к матери. К сожалению, ему снова нужно было уехать на несколько дней к профессору в город, тот зачем-то просил его приехать. Он уехал, а через два дня произошло это несчастье. Родители Антонии решили поехать в город купить молодым подарки на свадьбу и найти красивое белое платье для дочери. Антония упросила родителей взять её с собой, и они не смогли ей отказать. Они увлеклись покупками и возвращались уже поздно. На горной дороге на их автобус напали бандиты, что-то пошло не так, завязалась перестрелка и случайная пуля убила Антонию.

Сын примчался тем же вечером, черный от горя. Закрывшись у себя в комнате, он рыдал и выл, как дикий зверь. Роса беззвучно плакала, когда слышала боль в этом чужом незнакомом ей голосе сына. Потом пришли его молодые товарищи, и Сезаре, выгнав мать из дома, долго страшно кричал на них. Роса снова плакала, думая, что её мальчик совсем повредился головой, раз кричит на своих друзей. Они виновато оправдывались, а Роса снова думала, какие хорошие друзья у Сезаре. Ведь он сейчас несправедливо их в чем-то обвиняет, а они даже не сердятся и понимают, как ему сейчас тяжело. Потом друзья ушли, а Сезаре закрылся в своей каморке и не выходил два дня, даже в школу не ходил, но никто не роптал. Все сочувствовали бедному Сезаре, даже Мануэль пришел и говорил что-то доброе её мальчику. Наверное, очень хорошие слова сказал Мануэль, раз Сезаре после этого вышел из своей комнаты. Он даже сходил на похороны Антонии. Говорят, она была необыкновенно красивой и безмятежной, как будто просто заснула. Бедную девочку так и похоронили в её белом свадебном платье. Вернувшись, сын снова уединился и о чём-то мрачно думал все эти дни. Плохое что-то думал, тревожилась Роса, очень уж нехорошие глаза у него были в эти дни. После этого он стал проводить всё время со своими друзьями, что приводило Росу в отчаяние. Ведь бандиты после этого случая совсем озверели, как будто смерть Антонии развязала им руки. Если раньше они только грабили, то теперь начали сознательно убивать. Как они говорили, для устрашения. Самое ужасное было то, что они старались экономить патроны и резали своих жертв огромными тесаками мачете.

Роса теперь много плакала от страха за сына, но он совсем перестал её слушать. Со смертью девушки он очень сильно изменился, даже внешне. Он отпустил длинные волосы, черты лица его заострились, а глаза сверкали каким-то яростным почти безумным огнем. Роса не понимала, что происходит, и почему у неё никак не начнется та счастливая жизнь, о которой она столько мечтала. Может быть, поэтому, когда в один из дней, она увидела около своего дома старую шаманку, то даже испытала облегчение. Ей захотелось поговорить со старухой, может быть, та подскажет ей, что ей нужно делать. Шаманка казалось совсем не изменилась с того времени, когда предсказала Росе несчастье. Роса хотела подойти к ней, но шаманка покачала отрицательно головой, развернулась и ушла. Роса так и не поняла, зачем она приходила. Ведь старухе пришлось для этого долго спускаться вниз, она жила отшельницей высоко в горах.

В один из дней Мануэль с Жуанитой должны были поехать в город на ярмарку, чтобы продать немного кукурузы и купить детям одежду. Но Жуанита внезапно приболела, и Роса предложила поехать вместо неё. Она была рада помочь и надеялась, что эта поездка хоть как-то отвлечет её от безысходных мыслей. Мануэль был очень благодарен ей, и Роса впервые за последнее время была довольна и весела. Они сидели на последнем сиденье и долго болтали с Мануэлем о детях, пока ехали по бесконечному высокогорному плато, но потом Роса устала и незаметно задремала. Проснулась она от громких криков и беспорядочных выстрелов и, испуганно оглядевшись, поняла, что почему-то она в автобусе одна. Она уцепилась дрожащими руками за сиденье перед собой и осторожно выглянула в окно. Картина, которую она увидела, была ужасной – разорванные мешки, разбросанная одежда и утварь, избитые люди, бандиты в масках. Часть бандитов обыскивали людей одного за другим, другая часть металась, вспарывая ножами баулы и мешки.

Роса испуганно затихла на сиденье, стараясь быть незаметной. Она наивно надеялась, что если она будет тихо сидеть, то на неё не обратят внимания. Она даже решила не смотреть на то, что происходило, и старательно уставилась на грязный пол автобуса. Она слышала возбужденные крики нападавших и испуганные умоляющие голоса людей, но упорно повторяла себе, что её это не касается. Потом раздались злобные яростные крики, звуки драки, выстрелы, и, к полному ужасу, Роса услышала чей-то крик. Это был крик смертельно раненого человека. Она сразу узнала голос, это был голос её соседа Мануэля. Роса вскинулась и приникла к окну и то, что она увидела, было страшно : совсем рядом с автобусом, прямо перед ней, в луже крови лежал умирающий Мануэль, а над ним стоял высокий бандит в маске. Издалека кто-то из бандитов спросил высокого, зачем он зарезал старика, ведь они же договорились в этот раз действовать по-тихому. Он называл его странным словом «командор». Высокий бандит раздраженно ответил, что этот крестьянин его узнал. Роса остекленевшими от ужаса глазами смотрела на мачете, с которого стекала кровь. Бандит посмотрел на свою руку в перчатке и, увидев, что вся перчатка в крови, начал брезгливо её стягивать. Оцепеневшая Роса смотрела на это медленное движение, не в силах отвести глаза. Лунный свет ярко осветил руку бандита, и в это же мгновение жизнь Росы оборвалась – она увидела большое родимое пятно в форме кривого полумесяца…

 

Дома она сидела в ожидании сына, не зажигая света и не шевелясь. Он появился поздно, зажег лампу и, увидев мать, внимательно посмотрел на неё. Роса немигающим взглядом смотрела на сына. Или на того человека, которого она считала все эти годы своим сыном. Сезаре каким-то чутьем понял всё, что это значит, и усмехнулся.

– Так это всё-таки ты была в том автобусе? – с досадой спросил он. – Я надеялся, что мне показалось.

– За что? – тихо вымолвила Роса. – За что ты убиваешь и грабишь этих бедных людей? Они так помогали мне, так радовались за тебя. За что ты их?

– За что? – взорвался Сезаре. – Да за то, что они бараны, тупые и покорные. Ведь если бы они поверили мне с самого начала, всё было бы хорошо. Мы бы подняли здесь революцию и установили новую жизнь. А раз они струсили, то мне приказали действовать иначе.

Роса скорбно и немного отстраненно смотрела на то, как бушевал этот незнакомый и чужой для неё человек.

– Кто приказал?

– Мой профессор. Это была его идея поднять восстание и совершить здесь революцию. Вы же сами хотели понять, почему живете в нищете. Вот я и узнал, профессор нам всё растолковал и показал путь к счастливому будущему. Это был светлый путь, он называл его «сияющим путем», он так и назвал нашу организацию, – с ожесточением и каким-то отчаянием говорил Сезаре.

– Значит, это он забрал у меня сына, этот профессор? Я доверила ему сына в надежде, что он научит его добрым делам и даст ему достойную жизнь, а он сделал из моего сына грабителя и убийцу?

– Ты пойми, революция всё равно будет, хотят этого эти трусливые твари или нет. Только если бы они сразу согласились, то не нужно было устраивать этот террор. Тогда бы и Антония… – тут голос его сорвался, – тогда бы и Антония не погибла. И мне не нужно было бы жить в этом кошмаре. Ты что же думаешь, что мне нравится убивать и грабить? Я хотел быть философом, учить детей, показывать им прекрасный мир, а вместо этого я стреляю и режу людей. Разве о такой жизни я мечтал? А ты знаешь, что это моя пуля убила Антонию? – он почти захлебнулся от истерического крика.

– Как, твоя пуля? Сезаре, перестань нести чушь, – взмолилась Роса.

Моя пуля убила мою Антонию, – закричал он, а потом вдруг тихо продолжил, как будто эта страшная фраза внезапно лишила его сил. – Я не знал, что она поедет, мы договорились, что поедем через несколько дней вместе. Но ей не терпелось, и она поехала с родителями. А я в тот день был с самыми молодыми бойцами из моего отряда. Они неумелые и трусливые, а поэтому особенно злые. Один из них замешкался, и кто-то из крестьян попытался сбежать. Мне пришлось, почти не глядя, выстрелить в ту сторону. Пуля попала в дверь автобуса и, отскочив, поразила её. Глупо, правда? Все эти тупые никчемные людишки, ради которых я всё это делаю, живут и будут жить дальше. А моей доброй и чистой Антонии больше нет. Разве это справедливо? – в его голосе звучало отчаяние и боль.

– Как же ты можешь жить с этим? Ты убил Антонию, свою невесту. Ты убил Мануэля, доброго человека. И многих других. Скажи мне, мой сын, с этим можно жить?

– Я солдат революции, и я должен делать то, что мне приказывают, – зло ответил Сезаре. Роса больше не слышала в этом голосе ни боли, ни отчаяния, только злобу и решимость. – Все революции требуют от своих солдат жертв и лишений. Не я первый, не я последний.

– Ты будешь убивать дальше?

– Нужно будет, значит, буду. Революция должна победить, несмотря на то количество жертв, которые она потребует.

– И если она потребует, то ты убьешь и меня, свою мать?

Сезаре опустил глаза и ничего не ответил, но Роса поняла, какой это был ответ. Она больше не знала, что можно сказать. Она знала только то, что поняла еще там, на высокогорье – её жизнь уже закончилась, так какой смысл в любых словах. Она просто молчала.

– Ну и что теперь будет? – напряженно спросил Сезаре. – Ты на меня донесешь? Ты предашь собственного сына?

– Нет, – устало сказала Роса. – Ты сам себя уже наказал. Что может быть страшнее того, что ты сам с собой уже сделал? Иди спать.

Сезаре недоуменно посмотрел на нее, хотел что-то сказать, но не стал и отправился в свою каморку. Роса не спала всю ночь, и под утро она поняла, что ей нужно делать. Почти сразу она отправилась в дорогу, ей нужно было до рассвета добраться до хижины шаманки. Когда она вошла, старуха посмотрела на Росу, но совсем не удивилась. Она, молча, кивнула, приветствуя женщину, и показала глазами на коврик у очага. Роса так же без слов прошла и присела у огня. Старуха долго жевала листья коки и безучастно смотрела на пламя. Потом она закрыла глаза и стала мерно раскачиваться. Спустя какое-то время её дыхание участилось, стало хриплым и отрывистым, внезапно она открыла глаза и пронзительно посмотрела на Росу. Роса оцепенела от ужаса, глаза у старухи были яркие, блестящие как у молодой девушки. Бездонная тьма и мрак этих глаз хищно затягивали Росу, и она боялась пошевелиться и даже старалась не дышать. Внезапно шаманка обмякла, глаза её потускнели, и дыхание стало спокойным и ровным. Роса перевела дух, и с надеждой посмотрела на старуху. Но та печально покачала головой, тяжело поднялась на ноги и подошла к углу, где у неё стояли какие-то склянки и пузырьки и висели пучки пахучих трав. Она взяла один из пузырьков, подошла к Росе и протянула его женщине. Её взгляд всё сказал Росе, но бедная женщина сдавленным голосом всё же спросила, можно ли поступить как-то иначе. Но шаманка печально покачала головой, и с сожалением добавила:

– Ты привела его в этот мир, женщина. И через него в наш мир идёт зло! Поэтому увести его отсюда ты должна сама. Мне жаль тебя, ты хорошая женщина, и ты сделала всё, что могла. Но не всё в наших силах. Иногда зло сильнее, чем наша любовь. Помоги ему, иначе он превратится в настоящее чудовище. Сейчас еще можно всё исправить, он немногим причинил горе, поэтому его быстро забудут, и не будут тревожить его дух проклятиями и ненавистью. Он ещё может найти спокойствие в мире духов. Но если ты промедлишь, будет поздно. Пожалей его и подари ему покой, хотя бы в ином мире. И не бойся. Ему не будет больно, он просто заснет. Теперь иди, я устала!

Роса опустила глаза, потому что они настолько переполнились слезами, что она не могла держать голову прямо. Она шла по окраине деревни, никого и ничего не замечая. В руке она судорожно зажимала темный пузырек и, спотыкаясь, обреченно брела домой. По её лицу катились безудержные слезы, но она не плакала. Просто так выходила её боль и отчаяние. Единственной хорошей мыслью было то, что Хорхе не дожил до этого дня. Роса даже позавидовала ему, ведь он умер в уверенности, что у него растет замечательный сын, а ей придется пережить самое страшное, что можно представить.

И вот сейчас она сидела у изголовья кровати сына и ждала, пока он проснется. Потом она даст ему воды, в которую она уже налила жидкость из пузырька. После этого он снова заснет, но уже навсегда. Роса решила, что когда всё закончится, она допьёт то, что оставалось в стакане и уйдет вместе с сыном. Может быть, тогда она наконец-то обретет покой. Так и получилось. Сезаре проснулся и как в детстве увидел мать, сидящую около него на стуле. Она ласково смотрела на него, и Сезаре неуверенно улыбнулся ей в ответ. Он все же переживал из-за их вчерашнего разговора, и сейчас был рад тому, что мать на него больше не сердится. Несмотря на свои страшные слова, сказанные в запальчивости, Сезаре не хотел этого делать. Он любил мать, больше у него никого не было. Но в то же время он уже понял, что, если будет необходимо, то выхода у него нет и ему придется… Ему было страшно даже думать об этом, и поэтому примирение с матерью было для него облегчением. Роса нежно погладила его волосы кончиками пальцев и протянула стакан с водой. Сезаре благодарно кивнул ей и с жадностью выпил всю воду. Роса, не отрываясь, с нежностью смотрела, как он пьёт. Вернув ей стакан, Сезаре сонными глазами посмотрел на мать и, виновато улыбнувшись, пробормотал, что еще немного поспит.

Прошло немного времени, и его дыхание стало постепенно замедляться, а потом затихло совсем. Роса взяла стакан, вылила в него остатки жидкости из пузырька и поднесла ко рту. Но вдруг она задумалась, по её напряженному лицу было видно, что ей в голову пришла очень важная мысль. Роса вздохнула, твердой рукой поставила стакан обратно. Она ещё раз глубоко вздохнула, потом легко поднялась, чувствуя странное облегчение в душе. Роса взяла новое одеяло, приобретенное на свадьбу сына, и тщательно накрыла им тело Сезаре. Она потом попросит соседей помочь ей похоронить его. А сейчас у неё было более важное дело. Она вышла из дома и решительно направилась к дому Жуаниты. Войдя внутрь, она увидела соседку, которая сидела на кровати, растрепанная и заплаканная. Испуганные голодные дети жались друг к другу. Роса обвела их спокойным взглядом и решительно сказала Жуаните:

– Ты не одна, не бойся! Я помогу тебе поднять детей на ноги, сил у меня ещё достаточно. Только давай не будем посылать их в университет. Здесь в деревне им найдется хорошая работа.

Жуанита робко посмотрела на Росу, потом на детей, и лицо её озарилось слабой надеждой. Дети, глядя на мать, начали тоже неуверенно улыбаться. И глядя на них, Роса впервые за последнее время, была спокойна и уверена. Эта жизнь ей была понятна, надо просто работать и растить детей. А это она умела делать, как никто другой…